- Марик, - произносит она ласково, а меня опять корежит от видоизменений моего имени. – Тебе тридцать лет…
- Послушай, я могу иметь любую девушку, какую только захочу. А ты сейчас предлагаешь мне надеть перстень на безымянный палец и стать моногамным семьянином?
Она укоризненно качает головой и открывает рот, чтобы посторожить, но вовремя умолкает, потому что перед нами останавливаются две дамочки – мама и дочка. Кажется, я где-то встречал их раньше, но даже не пытаюсь напрячь память, чтобы вспомнить.
- Нинель, - протягивает руку женщина постарше с высокой прической и очками в черной оправе.
Значит, мама ее уже проинформировала насчет меня. Приходится коснуться губами тыльной стороны ладони в знак вежливости и сделать вид, что рад знакомству.
- Какой он милый у тебя, Виолетта! – произносит Нинель, обращаясь к маме.
- Да, Маркуша у нас просто душка, но иногда такой колючий… Марк, познакомься с дочерью Нинель – Олли.
Олли. Что блядь за имя такое? Нельзя по-человечески общаться? Оля симпатичная – кукольной внешности, с пухлыми губками и большими голубыми глазками.
Кажется, она что-то спрашивает о моей деятельности, но мое внимание занимает только ее приоткрытый пухлый ротик и мои пошлые планы на сегодняшнюю ночь.
- Марк у нас самостоятельный парень. В свои двадцать пустился в свободное плавание, сколотил собственную звукозаписывающую компанию и отказался от родительского наследства. В тот момент мы были в шоке с отцом, но вовремя поняли, что наш мальчик вырос, и надо бы перестать так сильно опекать его…
Я хмыкаю, вспоминая как все было на самом деле. Хочется сказать матери, что она окончательно завралась.
- Марик у нас занимается благотворительностью! – вещает дальше мама. - Помогает детским домам на добровольных началах и старается не афишировать это, но я не могу молчать…
Она притворно смеется, и я вижу, как восхищенно блестят ее глаза.