Несколько секунд Марк стоит неподвижно, после чего отстраняется и помогает мне подняться. Ноги подкашиваются, руки дрожат, а кровь в голове бешено пульсирует от новых непередаваемых эмоций.
Я падаю в объятия своего мужчины, и он признается, что это был самый лучший минет в его жизни. И я ему верю.
Глава 26
Марк.
Даже в самых жарких фантазиях с Белоснежкой я не мог представить, что она будет стоять передо мной на коленях и с упоением сосать мой член. Пухлые губы, огромные красивые глаза, которые смотрят снизу вверх, оттопыренная назад попка и самые нежные руки, которые неумело, но так бережно ласкают меня.
Именно в этот момент я могу оправдать себя за все свои слабости, потому что только слепой может отказаться от такой девушки как Лиза. Есть в ней что-то магическое и до чертиков сексуальное…
Когда мы наконец-то приступаем к готовке, это напоминает мне кадры из счастливой семейной жизни. Мы переговариваемся о чем-то незначительном и даже нелепом. Я наблюдаю со стороны за своей девочкой и просто слушаю ее голос.
- Как давно ты была в университете, Лиза? – серьезно спрашиваю я, нарезая морковь.
У меня почему-то получаются толстые огрызки, вместо тонких аккуратных кружочков, которые показывала мне Белоснежка. Но я, правда, пытаюсь, хотя грубо матерюсь про себя.
Когда я бился за то, чтобы Лиза получала образование именно в МГИМО, больше всего на свете мне хотелось, чтобы в эту девочку вложили лучшие знания, которые только может предоставить столица. Несмотря на все протесты Ирины Львовны, заведующей детского дома, Лиза все же отдала туда свои документы и благополучно поступила. Не без моей помощи, конечно…
- Дай подумать… Неделю назад, наверное, - произносит Лиза и отводит взгляд в сторону.
- Будешь наказана, малышка. За прогулы и плохие оценки, - легонько шлепаю Белоснежку по попке и бросаю нарезку овощей.
Все же кулинария это абсолютно не моё.
Прядь темных волос выбивается из строгой прически, которую Лиза соорудила из нескольких карандашей. Подхожу ближе и убираю непослушные локоны за ухо, потому что пряди лезут ей в глаза. Провожу рукой по бархатной коже и касаюсь губами её щеки.
- Ты просто охуенно сексуальная, Белоснежка. На моей кухне в этом симпатичном строгом переднике.