Если бы ты была без одежды под ним, клянусь, что я…
Телефонный звонок сбивает меня с мысли и мне приходится ответить. Я вытираю руки о полотенце и беру мобильный на журнальном столике в гостиной. Откидываюсь на мягкую спинку дивана и отвечаю.
- Слушаю, Антон.
- Не слишком занят? Я нахожусь под твоим офисом – хотел забежать и переговорить, - говорит Бобров.
- Я не в офисе, буду там завтра, - сухо сообщаю я, потому что, правда, не намерен прерывать сегодняшний день и планы, которые уготованы для нас с Лизой.
- Марик, мне позарез нужно встретиться с тобой.
В его голосе слышится напряжение, и я понимаю, что друг детства не отвяжется от меня, пока не встретится лично. Может быть деньги нужны позарез?
- Ладно, давай через полчаса в «Кармен».
Лиза невозмутимо ставит пирог в духовой шкаф, пока я медленной походкой иду в ее сторону. Вздрагивает, когда я обнимаю ее за талию и шепчу на ухо, что мне нужно уехать. Но я просто до чёртиков не хочу её оставлять.
- Я все понимаю, Марк, - улыбается Лиза, хотя глаза кажутся невероятно грустными.
- Посмотри на меня, Белоснежка, - беру пальцами ее подбородок и она поднимает свои карие глазки на меня. - Я хочу, чтобы ты осталась, - сообщаю ей прямо, хотя клянусь, что совершенно не хотел бы затягивать наши заведомо провальные отношения.
Белоснежка озадаченно смотрит на меня и улыбается так открыто, что я начинаю корить себя за все на свете – за то, что влез в её жизнь, за то, что соблазнил неопытную девочку и за то, что даю ей призрачный шанс на то, что мы будем вместе.
- Я пока приготовлю ужин, Марк, - кивает Лиза.
–
Выхожу из квартиры с каким-то гадким и неприятным чувством внутри. Подонок, эгоист, идиот…"
"Когда оказываюсь на улице и поднимаю глаза на свою квартиру, то вижу в окне её. Так странно – кажется, что я всегда жил один, а сейчас в моем окне стоит Лиза – девочка, которая возродила мои чувства из пепла. Девочка, которая машет мне рукой на прощание и шлёт воздушный поцелуй.
Немного опаздываю на встречу с Бобром, на каких-то десять минут.
- Годы идут, а ты не меняешься, Бобёр! Все такой же дамский угодник и ловелас, - говорю я, сажусь напротив него и не спешу открывать меню. – Мне апельсиновый сок, пожалуйста, - обращаюсь к официантке.
- Ну не все же меняются так кардинально как ты, Марчелло. Стал затворником, почти трезвенником.