Зачарованно глядя на поблескивающее в ямке между его ключиц озерцо, нащупывает полотенце. Руки дрожат. Ей все-таки страшно. Страшно, потому что после такого мужчины, как Арс, все другие для нее просто потеряны. Маня умная девочка, Маня очень хорошо понимает, что прямо сейчас она не просто лишится невинности. Она обрубит концы…
Осторожно полотенцем обсушивает его богатырскую грудь, руки, бедра…
– О чем ты думаешь?
Маня снимает с груди Арсения соцветие ромашки.
– Свечи есть, – взмах руки в сторону зажжённых по бортам купели «таблеток», – ромашки вполне сойдут за лепестки розы… Не хватает только Бритни Спирс.
Марфа поднимает взгляд. Брага моргает и опять начинает ржать. Что ж… одно ей удается совершенно точно – веселить его.
И хоть никто ей не поет, происходящее ужасно романтично и без песен. Даже к кровати Арсений ее несет. Все, как в дурацких книжках. От эмоций у Мани дрожат губы, и слезы собираются в уголках глаз, что вообще никуда не годится.
– Значит, ты довольна своим первым разом? – тихо интересуется Арс, накрывая тело Мани своим.
– Ну-у-у, справедливости ради стоит заметить, что главное еще впереди, но… Все, что было до этого…
– М-м-м? – вопросительно протягивает Арсений, прокладывая дорожку из поцелуев вниз по ее шее.
– Превзошло все мои даже самые смелые ожидания. – Арс останавливается. Вновь глядит ей в глаза. – Только ты сильно не зазнавайся на этот счет, хорошо?
Маня не знает, куда ей деть глаза.
– Не буду. Обещаю.
– Спасибо… – бормочет Марфа, на нервах кусая губы. Впрочем, экзекуции не суждено продлиться долго. Брагин пальцем освобождает нежную плоть из захвата зубов и медленно со вкусом целует. Дурные мысли выветриваются из Маниной головы, растворяются под потолком. Ее голова пуста, но он… он, кажется, повсюду.