Испортит кто, ты меня знаешь – руки вырву и собакам скормлю. У меня на этот счет взгляды старомодные. Моя Ленка девственницей была, когда замуж за меня выходила. Я после нашей первой ночи неделю как дурак с улыбкой на лице ходил. И сейчас бы мы с ней жили, да, увы, не судьба. Это я к чему говорю: мне на нравы современного общества, Андрей, плевать. Другие пусть задницами крутят, а моя дочь замуж выйдет один раз и на всю жизнь.
Пока я залпом опорожняю пол-литра минералки, чтобы сбить внезапную сухость во рту, Семен продолжает рассуждать:"
"– Помнишь, ты как-то при мне Алешкевича упоминал, «ТрансСевер» который.
Максима Алешкевича я знаю как завсегдатая своего клуба: типичный избалованный мажор, сорящий отцовскими деньгами. Я в его возрасте уже обанкротиться успел и новый бизнес с нуля начать, а этот трижды в неделю в себя вискарь заливает, так что мои охранники потом его в такси трупом заносят.
– Незрелый он, Семен. Рано такому жениться – у него пока все мысли о том, как с фейерверками папино бабло просадить.
– Значит, «ТрансСевер» отпадает, – соглашается друг. – Ладно, Москва-то большая. Найдем достойного.
Около получаса проплавав в бассейне, мы с Семеном заматываемся в полотенца и выходим на террасу. Сентябрьский воздух еще теплый, погода позволяет.
– Ян! – гаркает Семен и машет рукой Липучке, расхаживающей около беседки с телефоном возле уха.
Девчонка кивает и, не убирая трубки, семенит длиннющими ногами в дом, а я думаю, что пора набрать Петру, чтобы выдвигался за мной. Посидел – и хватит.
– Семен, баня отличная, мясо тоже супер, но с ночевкой, прости, не останусь. С детства я это не люблю, с тех пор как меня мать у тетки на недели оставляла. Порыбачить я всегда «за». Если не передумал, завтра с утра подкачу.
По выражению лица Галича вижу, что он недоволен, – к отказам, понятное дело, непривычен, но если уж мы равноправными партнерами стали, то нечего прогибаться даже в мелочах.
– Смотри сам, Андрей. Неволить не буду. Насчет рыбалки не передумал – завтра к десяти подъезжай.
В этот момент звонит его мобильный, и он, извинившись, уходит с ним в предбанник. Я беру со стола свой, собираясь позвонить Петру, но торможусь, когда вижу Липучку, идущую со стороны террасы с подносом. Несет чай.