— Девчонка дала хоть малейшее указание, куда могла направиться?
Скраеда поднесла ложку к губам, сделала глоток бульона.
— На север, командор. Она движется на север уже не первую неделю.
Челюсть мужчины напряглась.
— Само собой, — ответил он сухо. — Но когда доберётся до Северного перекрестка — на восток или запад?
— Я смогу понять это, когда окажусь там, — сказала Скраеда, тщательно подбирая слова. — Мне следует выдвигаться немедленно. Я и так потеряла в этой комнате часы, дожидаясь приказов.
Командор проигнорировал её.
— Теперь мы уверены, что у неё есть сообщники, те, кто помог ей бежать из Скутура, — проговорил он. — Кто они, Скраеда?
Тон его голоса говорил о том, что игра подходила к концу. А Скраеда едва успела коснуться похлёбки. Со вздохом она отложила ложку и взглянула в тёмные глаза Лаксы. Сквозь нити раздражения проскальзывали отвращение и недоверие. Наконец-то. Теперь можно было начать по-настоящему.
Она даст ему немного информации. И узнает, в чём его игра.
— Это не должно покинуть пределы этой комнаты, — сказала Скраеда осторожно, взглянув на двух воинов у двери.
Командор Лакса долго не отрывал от неё взгляда.
— Королева устала от твоих неудач, Скраеда.
Живот сжался от боли. Она не могла подвести королеву. Должна была доказать свою преданность. Должна была… показать ей…
— Ты отстранена от задания, — сказал командор и кивнул воинам за своей спиной.
Вот и конец игры, подумала Скраеда, её руки дёрнулись к пустым ножнам. Оружие она оставила при входе в дом, и теперь могла полагаться только на гальдур. Но страх перед тем, что королева утратила к ней доверие, затуманил её дар. Соберись, дура, приказала она себе, глубоко вдохнув и задержав дыхание.
Когда воины двинулись к ней с недвусмысленным намерением, их эмоции, наконец, хлынули наружу. Но взгляд Скраеды упал на блеснувшие в их руках серебряные кандалы и пульс Скраеды ускорился.
Кандалы из Хиндриума, поняла она. Если они наденут их на неё, её гальдр будет подавлен…
Стиснув зубы, Скраеда заставила себя сосредоточиться, у неё было не более трёх ударов сердца, чтобы успеть.
Младший из двоих был самой легкой мишенью, его жажда крови пылала ярко, и эмоции были живыми. Разум Скраеды протянулся к нему, перебирая нити, пока не добрался до тонкой золотистой, спрятанной глубоко внутри.