В магазине у авторитета произошел конфликт с ранее судимым, неработающим гражданином Сгибневым. Попросту говоря, Сгибнев был «петух» по зоне. Опущенный. И что-то сказал Вагону. Или толкнул. Тут показания расходятся. На камерах видеонаблюдения в магазине все четко зафиксировано. А вот вне магазина…
Только Вагон обиду не стерпел. Взял в магазине большой хозяйственный нож и нанес Сгибневу пять проникающих ранений брюшной полости, от которых тот скончался. Статья сто одиннадцатая, часть четвертая. Вот так глупо «смотрящий» по городу, «владелец заводов, газет, пароходов», лидер уголовно-преступной среды оказался в федеральном розыске.
Я подрезал фуру и погнал по крайней левой полосе. «Лада Веста» белого цвета с оперативными номерами неслась под сто двадцать. И это в городской черте! Хорошо, что уже вечер субботы. Те, кто хотел на дачу, уже давно там. Несколько грузовиков да пара рейсовых автобусов. Трасса пустая.
– Леха, свяжись с дежуркой.
Алексей, парень лет тридцати, высокий, сонный и с грустным худым лицом, вынул сотовый и начал набирать знакомый номер. Неудивительно, что недовольный и сонный. В выходной работаем. Я всех семерых оперов припахал. Тех, кого в пятницу вечером застал.
Внезапно снова зазвонил телефон. Я чуть снизил скорость и посмотрел на экран.
– Слушаю, Сергей Борисович.
– Ты что за погоню там устроил? – строго прозвучал голос Шамиля Басаевича.
– Вагон объявился, уходит в сторону выезда из города. Два экипажа наружки его ведут, надо бы перехват ввести да чтобы гайцы «ежа» положили, – выпалил я, хотя подумал сам, что к посту Вагон не пойдет.
Свернет, скорее всего, на проселочную. И от этой мысли мне почему-то стало не по себе.
– А почему СОБР не выписал? Опять самодеятельность? – строго спросил Шамиль Басаевич.
Вот что он звонит? Знает же, что я сам за рулем, отвлекает спецом, наверное."
"– Сергей Борисыч, ну вы же знаете, СОБР теперь относится к Росгвардии. Да я пару дней только на согласования убью, – со злостью выпалил я и обогнал очередную фуру.