Эдипов комплекс

«Что это?» – подумала она, беря паузу, чтобы справиться с волнением.

– Здравствуйте, Лилия Яковлевна, – уверенно сказал Сергей. – Как видите, все меняется самым неожиданным образом."

"Он понимал, что впечатление Лилечки от него, когда он вышел из тюрьмы, и теперешнее плохо сочетались.

– Садитесь, – тихо сказала Лилечка. Она волновалась, и это не мог не заметить Сергей. Лиля по-прежнему ему нравилась. И цвет ее лица матово-розовый, и карие глаза с длинными ресницами, и даже то, что она не выглядела девчонкой, какой он ее знал раньше, тоже ему нравилось.

Он смотрел на ее лицо и вспоминал юность, далекую, невозвратимую. Он по-прежнему относился к Лилечке с любовью, которая, несмотря ни на что, оставалась с ним все эти годы и согревала в трудные минуты. А ведь он был осужден и она ему не помогла тогда избежать тюрьмы.

Лилечка никак не могла поверить своим глазам, что перед ней Сергей. Она думала про него все что угодно, только не то, что он с годами станет интереснее,  а о том, что он вдруг всплывет  с самого дна жизни, об этом даже речи не могло быть.

– Я пришел продать акции. Ведь мы банкроты? – Он внимательно смотрел на Лилечку и понимал, что это банкротство она затеяла сама. Но он знал, что сделает все, что предложенное. Он также знал, что хочет чего-то от нее, от себя, но чего конкретно, не знал.

Так нейтрально прошла их первая встреча. На прощанье он немного задержал ее руку в своей, так что она даже сделала движение, чтобы высвободить ее.

Когда Лилечка вернулась домой, она долго не могла ничем заняться, а ходила по комнатам и думала, казалось, ни о чем.

Она не хотела признаться себе, что это была не простая встреча со старым знакомым – это была встреча с прошлым, которое настойчиво заявляло о себе, как о реальности непроходящих отношений, именно для нее, она это сразу почувствовала и не могла найти объяснений своим чувствам, которые так откровенно о себе заявили в первый момент. Она уговаривала себя, что это был только первый момент, но то, что она ничем не могла заниматься и из головы у нее не уходил один-единственный вопрос: «Что это?», –  и то, что она не могла дать ответ на него, все это говорило о другом. Она не думала об Андрее Степановиче, и только одна мысль: «Наверное, я скучаю об Андрее, раз мне Сергей в первый момент его напомнил», – но у нее было ощущение, что она общается с Андреем, когда перед ней сидит Сергей, – эта мысль сейчас не давала ей покоя. Она приняла душ и легла отдохнуть.