Приезжайте как-нибудь все ко мне. Пообщаемся. Нам ведь много надо сказать друг другу.
– На будущей неделе, в воскресенье, – ответила Лилечка, – вас это устраивает?
– Хорошо. Предварительно созвонимся.
На этом разговор закончился, и каждый ушел к своей жизни, испытывая и радостные и неопределенные чувства. Когда Андрей Степанович повесил трубку, он сразу пошел к себе в кабинет и стал перебирать свои рукописи, которые в беспорядке лежали на столе, – так он всегда делал, когда волновался, так он наводил порядок на столе, единственном месте, которое принадлежало только ему.
Тут будет реклама 1
Другие места тоже ему принадлежали, но там Олимпиада могла делать необходимые для наведения порядка действия, а вот до его стола она не была допущена, и об этом ей прямо Андрей Степанович сказал:"
"– Олимпиада, хозяйничайте везде, кроме одного места. Мой стол – моя крепость, – пошутил он, чтобы как-то сгладить свою откровенность.
Андрей Степанович был ретроградом во всем, и все, что касалось научных занятий, делалось не на компьютере, а писалось паркеровской ручкой с золотым пером.
Тут будет реклама 2
Эту ручку ему подарили к одному из юбилеев, и она ему пришлась по вкусу, и чернила для нее он покупал в специальном магазине, и всегда выбирал цвет, и всегда покупал про запас пару – тройку флаконов. Ему нравилось, что перо на конце раздвоено и можно при желании делать нажим, что придавало его рукописям подобие старых записок, которые он всегда с интересом рассматривал в музеях. Пожелтевшие листы бумаги, исписанные каллиграфическим почерком людей прошлых эпох, всегда вызывали в душе Андрея Степановича волнение, которое он долго сохранял, возвращаясь мысленным взором к буквам, и он даже не вчитывался в текст, делал это в редких случаях, именно буквы вызывали игру воображения, и он их запоминал, и всегда его удивляло, как можно так тонко писать пером, проводить эти ниточки, переходящие в ровные нажимы пера.
Тут будет реклама 3
Перебирание бумаг его успокаивало, и сейчас был такой момент, когда ему нужно было это делать, чтобы решить, как быть.
Тут будет реклама 4
«Сказать Сергею прямо, что он мой сын, и тогда Лилечка непременно должна будет пережить это очень глубоко. Ну да! Для Сергея в этом не будет ничего плохого, – думал Андрей Степанович. – Конечно, мысли о тяжелом детстве, о судьбе матери, – все это обязательно затронет его душу, но сам факт никак его не огорчит». Все это в разных вариантах в своей голове прокручивал Андрей Степанович.
