Затем, что нельзя им оставаться наедине. Затем, что Гомельский женат, а если она не прикроет его спину от Туманова, то плакал его развод. Затем, что Моржов, похоже, строит большие планы на Маринину компанию, и не самые честные. А ещё затем, что она привыкла доверять своей интуиции.
Она, конечно, откровенно потеряла голову, и готова была и «улететь», и улететь с ним хоть на край света, когда он предложил, но вид пьяненького Моржова её отрезвил. Вот такой парадокс. И Марина была рада, что не оступилась, хотя ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу.
"Моржов им не помешает, конечно, при всём его желании, если предохранители всё же сорвёт. Но совсем капельку Марина гордилась собой, что настояла его взять именно сейчас. Не стоило торопиться и терять бдительность. Точно не стоило. Слишком многое сейчас на кону. А то, что принадлежит им, от них никуда не денется. Как истинная фаталистка Марина искренне в это верила.
А как деловая женщина видела и практическую сторону.
На самолётах она всё же летала. На частных, шикарных, с индивидуальными интерьерами. У одного владельца итальянской компании были даже двухэтажные хоромы с крыльями. Но ни один из них не был похож на дом. И жить в самолёте было нельзя. Плюс все эти ангары, техническое обслуживание, полётные планы, страховки, лицензии, допуски, сложности и всё ради того, чтобы совершить полёт на тринадцатое новолуние в году.
А вот яхта… После разговора с Романом, она полазила по сайтам, посмотрела видео, подписалась на заинтересовавший её журнал и подумывала даже записаться в яхт-клуб на курсы. Потому что яхта — это всё же дом. Хотя сложностей с её содержанием тоже хватало. Вот только вживую на палубе частной субмарины Марина стояла лишь раз. Да и то просто поднималась на борт, но никогда не была в открытом море.
И не то, чтобы она не смогла отказаться. И не то, чтобы теоритически они потом не могли бы присоединиться к Моржову. Но вот на этот счёт Марина точно не обманывалась. Останься они сейчас вдвоём и всё, про Моржова, яхты, планы они бы уже даже не вспомнили. Хотя изначально это было предложение Романа, конечно.