— Ты бы меня к себе в душ все равно не пустила. Или я лоханулся и надо было постучать?
— Ну мог бы рискнуть, конечно, повод отчислить придумать недолго, — подавив улыбку, жирно намазала белый хлеб вареньем. — Раз к себе уходил, зачем тогда обратно вернулся?
— Не люблю один завтракать.
— Спать ты тоже походу один не любишь.
— А тут наоборот. Но получается когда как, — и бросил на меня прищуренный взгляд: — Спасибо, что не выгнала. Но забудь, что я там нес, по-любому какую-то хрень.
— Да нет, как раз наоборот: вчера ты впервые ее не нес.
— Короче, душнила и нудота.
— Сейчас — да. Не порть аппетит, дай поесть нормально.
И странное дело, мне абсолютно не было некомфортно в его присутствии, и даже то, что он сидит напротив не казалось чем-то неправильным. Может, потому что мы уже завтракали вместе, а может, потому что волей-неволей стали чуточку ближе…
Выходя из дома, я пригрозила, что если он расскажет хоть кому-нибудь о том, где провел ночь, я подговорю всех преподавателей его завалить.
После этого мы сели каждый в свою машину и, словно не зная друг друга, поехали в университет.
***Поведение Олеси после той вылазки в ночной клуб разительно изменилось, и я, признаться, понятия не имела, с чем это может быть связано. Мы не ссорились, не было ни единого конфликта, но она словно… обиделась на меня за что-то.
— Как дела? — спросила я первая, отловив ее внизу у автомата с различным печеньем, шоколадными батончиками и газированными напитками. — Ты совсем куда-то пропала, не видно тебя.
— Так первая сессия не за горами, не только студенты готовятся, — Олеся вытащила выпавшую плитку шоколада и снова посмотрела на меня тем самым странным взглядом, понять природу которого я никак не могла.
— Не поняла?
— Ну, может, парня какого подцепила себе.
— Да брось, какого парня, с нашим графиком я и не выхожу никуда.
— Ну это да… Впрочем, зачем далеко ходить… — снова как-то пренебрежительно прошлась по моей внешности с ног до головы. — Ну ладно, я побегу.