– Я надеялась, что нас проведает Тобиас, – говорю я, присаживаясь на край койки. – Где он болтается?
– Наверное, злится, что ты обманывала его и тайком сотрудничала с его отцом, – предполагает Кара.
Я кидаю на нее косой взгляд.
– Вряд ли. Тобиас не настолько мелочен.
– Вероятно, его что-то задержало, – заявляет Кристина. – Ты ведь не забыла, что он тебе сказал, Трис?
В том бедламе, когда бесфракционники пытались оттеснить нас к лестнице, я вцепилась в подол его рубахи. Я не хотела потерять Тобиаса в толпе, а он оттолкнул меня и крикнул: «Верь мне!»
– Нет, конечно, – отвечаю я.
И это – чистая правда. Я действительно пытаюсь верить. Но каждая частичка моего тела отчаянно стремится к свободе. И не только из тюрьмы, но и из города. Мне позарез нужно увидеть, что находится за оградой.
2. Тобиас
Я постоянно прокручиваю в голове дни, проведенные здесь в качестве заключенного. Полуголый и избитый почти до потери сознания. Есть и другие воспоминания: кошмарное ожидание, что Беатрис Прайор скоро умрет.
Сейчас тут не очень чисто, как раньше, когда здание принадлежало эрудитам. Теперь оно разорено бунтом, повсюду в стенах видны выбоины от пуль, на полу валяются осколки разбитых лампочек. Я тащусь по грязному коридору в камеру при неверном мигающем свете. Меня пропускают без вопросов, ведь на моем предплечье – черная повязка с пустым кругом – символом бесфракционников.
Трис сидит на полу, возле Кристины. Рядом застыла Кара. Моя Трис всегда казалась бледной и маленькой. Но почему-то она умудряется заполнять собой всю комнатушку. Она сразу узнает меня, вскакивает, обнимает меня и прячет лицо у меня на груди.
Я глажу ее по волосам. Никак не привыкну к тому, что они короткие.
– Ты прошел сюда без проблем? – интересуется она.
– Я же Тобиас Итон, – отвечаю ей, и она смеется.
– Точно, – Трис немного отстраняется и смотрит на меня в упор.
Ее глаза странно меняются, как будто ветер проносит в них осенние листья.
– Где ты пропадал? Что случилось? – восклицает она.
Я понимаю Трис. Ей пришлось несладко.