– Сейчас мы снизимся, но мы не можем лететь слишком близко к городу. Не стоит привлекать чье-то внимание. Поэтому мы наблюдаем за местностью с некоторого расстояния. Далее, по левому борту, вы увидите разрушения, которые принесла с собой Война за Чистоту. Это случилось до того, как мятежники начали использовать биологическое оружие вместо взрывчатки и бомб, – рассказывает Зоя.
Вытираю заслезившиеся глаза и замечаю группу темных зданий. Хотя нет – они обуглены до черноты. От некоторых вообще остался только фундамент.
– А теперь мы облетим вокруг Чикаго, – продолжает Зоя. – Некоторые из озер пришлось осушить, чтобы построить забор, но мы старались действовать аккуратно и не причинить особого вреда ландшафту.
Я замечаю двойной шпиль Втулки. Она – как детская игрушка, а сами шпили выпирают из зубчатой линии города, прорываясь сквозь море бетона. А дальше – коричневая болотная жижа и… яркая синева.
Однажды я скатывалась по тросу зип-лайна с Хэнкок-билдинг и воображала, что вокруг вместо болотной топи – сплошная голубая вода, искрящаяся на солнце. И получается, что за пределами нашего города существует именно то, о чем я мечтала: сверкающее озеро с белыми барашками волн.
В самолете тихо, слышен только ровный рев двигателя.
– Приехали, – констатирует Юрайя.
– Хватит, – шипит на него Кристина.
– А насколько он большой, если сравнивать с остальным миром? – доносится голос Питера.
– Чикаго занимает около двухсот двадцати семи квадратных миль, – отвечает Зоя. – Площадь планеты Земля – чуть менее двухсот миллионов квадратных миль. Если в процентах… настолько мало, что городом можно пренебречь.
Она выкладывает сведения как ни в чем не бывало. У меня же внутри все сжимается от волнения. Интересно, а на что похожа жизнь в других местах? Там тоже есть люди?
Таращусь в окно, стараясь дышать медленно, чтобы расслабить напряженные мышцы.
Вечером, когда все ужинают, я сажусь на подоконник в нашей комнате и включаю планшет. Мои пальцы трепещут, когда я открываю файл «Дневник».