Рамон и Хлопуша одобрительно кивнули, но, судя по лицу травницы, ей рассуждения Глеба не понравились.
– Так кого же нам искать, Первоход? – сухо спросила она. – Упыря или вашего мальчишку?
– Обоих, – ответил Глеб. – Я отправлюсь на поиски Прошки Суховерта, а вы с Хлопушей обыщите все темные углы и закоулки Хлынь-града. Быть может, вам повезет, и вы нападете на след живого мертвеца раньше, чем я.
– Хороший план, Первоход, – кивнул Хлопуша. – Клянусь бараньей лопаткой, мы перетрясем весь город, но найдем проклятого упыря!
Тут Рамон кашлянул в кулак и негромко поинтересовался:
– А какое место в твоем плане занимаю я, Глеб? Ты возьмешь меня с собой или оставишь в лесу?
Глеб озадаченно нахмурился, затем повернулся к Лесане и спросил:
– Что ты об этом думаешь, травница?
– Думаю, что твой друг еще слишком слаб для пеших прогулок, – ответила она.
Глеб усмехнулся и перевел взгляд на толмача.
– Ты слышал, что сказал врач, Рамон. Тебе прописан постельный режим.
Рамон нахмурился и хотел было возразить, но вдруг сдался.
– Вы правы, – сказал он тихим голосом. – Я действительно еще слаб и могу быть вам помехой. Главное – не забудьте, что оставили меня здесь.
– На этот счет не беспокойся! – заверил друга Хлопуша и, ободряюще улыбнувшись, хлопнул его по плечу. Но вдруг здоровяк нахмурился, тревожно посмотрел на Глеба и сказал: – А ведь тебе опасно ходить по городу, Первоход.
Глеб покачал головой и спокойно возразил:
– За три года многие горожане позабыли обо мне. А те, которые помнят, убеждены, что я томлюсь в Мории. К тому же облик мой изменился, и даже мои заклятые враги не смогут узнать меня с первого взгляда.
– Что ж, в этом ты, пожалуй, прав, – согласился Хлопуша.
Лесана достала из кармана куртки деревянный гребень и темную ленточку и вопросительно взглянула на Глеба. Он улыбнулся и подставил ей свою седовласую голову.
Под глумливые ухмылки Хлопуши и дельные замечания знающего толк в красоте Рамона травница зачесала длинные серебристые волосы Глеба назад и подвязала их лентой.