Упырь зарычал и, дернув головой, попытался схватить Лесану зубами за руку, однако веревка не позволила ему этого сделать. Еще около минуты травница бормотала заклинания, а потом остановилась, посмотрела на Глеба и с отчаянием в голосе заявила:
– Ничего не получается, Первоход. Он стал слишком свирепым, и я не знаю, как это исправить.
– Дать ему по шее – сразу станет шелковым! – угрюмо пробасил Хлопуша.
Лесана покачала головой:
– Это не поможет. Он должен захотеть сам. Это его дар.
– Дар, дар, – проворчал Хлопуша.
– И все же он умеет делать то, чего мы не умеем, – сказал Рамон, лежа на топчане и тяжело и шумно дыша.
Несколько секунд все молчали. Потом Прошка Суховерт угрюмо проговорил:
– Это я виноват. Я впустил в наш мир гончую смерти. И я накормил упыря теплым человечьим мясом.
Глеб знаком оборвал его излияния и в упор посмотрел на Лесану.
– Есть ли еще какой-нибудь способ? – спросил он.
По лицу травницы пробежала тень, она разомкнула губы и негромко ответила:
– Способ есть.
– Пыль? – Хлопуша хмыкнул. – Где ж мы ее достанем, бурую пыль? Нынче каждая щепоть пыли стоит равную меру золота. А, насколько я знаю, среди нас с вами богачей нет.
– Богачей нет, – согласился Глеб. – Но бурая пыль есть. Ведь так, Прохор?
Ворёнок поежился под пристальным взглядом Глеба.
– Как ты узнал, Первоход? – спросил он.
– Когда я пришел к тебе, ты слишком поспешно спрятал кузовок с пылью и просыпал немного на стол.
Хлопуша смотрел на Прошку удивленным и подозрительным взглядом.
– Парень, у тебя в самом деле есть бурая пыль? – недоверчиво поинтересовался он.
Ворёнок кивнул.
– Есть.
– Стало быть, ты у нас богач?
– До сих пор был. – Прошка поднял взгляд на Глеба. – Первоход, я хотел такой же спокойной жизни, как та, что была у тебя, – тихо сказал он. – Дом на берегу Эльсинского озера. Сад, огород… И чтобы больше никаких темных тварей.
– Мечта хорошая, – одобрил Глеб. – Возможно, когда-нибудь она и осуществится. А пока – доставай свой кузовок.
Прошка встал с лавки и, понурив голову, двинулся в угол комнаты. Там он отколупнул от стены дощечку, сунул в дыру пальцы, немного пошарил, а потом достал крохотный березовый кузовок.
Вернулся к столу и протянул его Глебу. Тот взял, открыл, понюхал и удовлетворенно кивнул.
– То, что нужно.