Если кто-то спросит меня, почему я предосудительно относился к своему биологическому отцу, то, пожалуй, этого примера будет более чем достаточно. И сейчас уже не так уж и важно было, проявлением чего именно была эта насмешливая кличка, данная одним братом другому.
Покровительственная насмешка, которую Илья использовал в снисходительном смысле, как бы говоря: «Ты можешь играть в аристократа, но никогда не станешь кем-то равным мне». Демонстрация власти, через призму которой старший брат демонстрировал младшему, что именно он будет решать, кто и чего достоин.
Особенно теперь, когда Князь не только принял это издевательское прозвище, но и превратил его в собственную броню, за которой укрылся, как за щитом. Превратил его в собственную силу.
А потому решение о том, как поступать с кольцом, я принял ещё сидя в роскошном кресле самолёт на высоте в одиннадцать тысяч метров над атлантическом океаном.
— Оно твоё, — спокойно произнёс я.
Ладно, порой чудеса случаются не единожды. Потому что другой причины, почему вижу удивлённое лицо Князя дважды за один час, я придумать не могу.
— Что? — переспросил он, хотя я и так прекрасно знаю, что он хорошо меня слышал.
— Князь, давай без вот этих вот игр, ладно? — попросил я его и махнул рукой в сторону кольца. — Просто забирай его и всё. Мне оно не нужно.
Князь пристально посмотрел на кольцо.
— Знаешь, как бы глупо это ни прозвучало, Александр, но это твоё наследство.
— Знаешь, как бы глупо это ни прозвучало, но лучшее, что я смогу с ним сделать, — это сдать в ломбард, — в тон ему ответил я.
Может быть, кто-то другой на месте Князя переспросил бы. Уточнил, уверен ли я в своём решении? Не передумаю ли? Или ещё какая подобная чушь. Но только не он. Почему-то я не сомневался, что Князь точно не будет задавать столь глупых вопросов, услышав моё уверенное предложение. Может быть, потому, что уважал мой выбор. Может быть, потому, что подобные вопросы могли выглядеть неуважительно по отношению ко мне и принятому мной решению.
Князь не сказал ни единого слова. Просто взял кольцо и надел его на средний палец правой руки.
— Знаешь, даже забавно, — обронил он, глядя на гравировку родовой печати на перстне. — Это кольцо передавалось от главы семьи старшему наследнику. Я никогда не должен был получить его…
— Ну, тогда я считаю, что это только подтверждает правильность моего решения, — пожал я плечами.