— Руки! Руки убрали!
— До тех пор, пока вы находитесь на территории училища, вы не дворянка, а кадет, обязанный подчиняться уставу и общим правилам. — строго проговорил Василий. — Взяли ее, ребята и в допросную. Что у тебя?
— Все необходимое. — ответил я, помахав прозрачным пластиковым контейнером с пакетом внутри. Задержанная мгновенно узнала свои вещи и начала вырываться с утроенной силой. А потом ударила прессом, целясь даже не в меня, а в контейнер с вещественными доказательствами.
Отскочив, я прикрылся собственным прессом и одновременно подставил под удар пробойник.
— Отлично, ротозеи. — выругался Василий, беря лишившуюся сознания аристократку на руки. — Пошли, времени у нас не так много. Ее сиятельство реально может себе позволить очень многое.
— Ты ее знаешь? — удивленно спросил я, совершенно не узнавая девушку.
— Одна из младших княжон Шепутиновых, из болгарской ветви. Охраняемая особа, не то, что некоторые, но тоже в отдельном списке. — ответил Строганов, быстрым шагом направившись к зданию дознавателя. Где нас, естественно, уже ждал Ульянов. Учитывая, что без этого хитрого конторского, а бывших как известно не бывает, не обходилось ни одно подобное мероприятие, я даже не удивился.
— Нужно разблокировать ее телефон и проверить сообщения. — бесцеремонно обшманав девушку заявил я.
— Он с гербом. — поморщился Ульянов. — Нельзя без санкции тайной канцелярии, это собственность рода.
— Так… так. А если она сама его откроет? — посмотрел я на него. — А мы просто посмотрим, что внутри. Так же можно?
— Если она сама его включит и разблокирует? В принципе да. — проговорил Ульянов. — И как ты собираешься это провернуть?
— В наглую. — усмехнулся я, возвращая телефон девушке. — Выйдите, мне нужно несколько минут чтобы подготовится. Было бы здорово если за это время вы проверите отпечатки пальцев, особенно меня интересует бумажка с ценами.
— Думаешь она ее трогала? — удивленно посмотрел на меня Строганов.
— Больше того, уверен, что она ее сама писала. Учитывая уровень конспирации — я бы ни за что не поместил в пакет с наркотиками собственноручно написанный прайс лист. Это как подпись оставить. — покачал я головой. — Нет, скорее всего она кладет часть денег себе в карман. А настоящий ценник был напечатан.