Греховная невинность

Или это румяна? По какому случаю? Неужели виной тому мой визит? Я польщен.

По слегка сбивчивой речи Фредди Ева угадала, что он не остался равнодушен к белому муслину, глубокому вырезу и всему остальному, что некогда сводило его с ума (он уверял, будто готов на все, лишь бы заполучить ее, ибо не хочет умереть, так и не осуществив своей мечты). Впрочем, Фредди обожал красивые фразы. Преувеличения, тонкие намеки, колкости и остроты перемежались в его речах с необычайно меткими наблюдениями.

— Если мои щеки порозовели, то, верно, из-за волнения.

Мне пришлось давать указания слугам, чтобы приготовиться к вашему приезду. Сказать по правде, в Пеннироял-Грин больше нечем себя занять. Если не считать целительных прогулок.

Лайл презрительно фыркнул."

"— Если бы Господь создал нас для прогулок пешком, он не дал бы мне богатства, чтобы я мог купить себе ландо, а заодно и лошадей для упряжки.

Фредерик тяжело опустился в ближайшее чиппендейловское кресло. Движение далось ему с трудом — он почти рухнул. «Мы оба не молодеем, — напомнила себе Ева.

 — Фредди добивается меня уже много лет. Подобное постоянство встречается нечасто». Она внимательнее присмотрелась к нему. За те несколько месяцев, что они не виделись, Лайл немного располнел. Изящные черты его лица расплылись, тело стало рыхлым. Однако жилет не лопался на животе. О нет, наряды Фредерика тщательно подгоняли сообразно с малейшими изменениями фигуры — он мог себе позволить щедро платить портному и не терпел небрежности, все его костюмы сидели на нем безукоризненно.

— Должна вас предупредить: здесь, в Пеннироял-Грин, прогулки — едва ли не единственное развлечение. Трудно будет найти другое занятие, которое отвечало бы вашему взыскательному вкусу.

— О, не сказал бы, что здесь нечем себя занять. К примеру, я с удовольствием провел бы вечер за картами, в особенности если ставкой в игре будет что-нибудь интересное.

Фредди никогда не поглядывал искоса, с хитрецой. Он пристально смотрел на Еву своими прекрасными темными глазами, которые все единодушно находили обворожительными.

Его изящные брови вопросительно изогнулись, словно два резвых спаниеля, застывших в стойке.

— В последнее время я пристрастилась к игре в фараон, — уклончиво ответила Ева. — Крышка шкатулки для карт открывается со щелчком, нарушая бесконечную деревенскую тишину.

Фредди коротко рассмеялся и кивнул, молчаливо признавая, что Ева ловко ушла от ответа.

— Может быть, позднее мы сыграем партию. Тогда и обсудим ставки.

— Возможно.