Ведь, как оказалось, именно Император и донес о том, что во дворце драконов появилась одна «белобрысая человечка», то есть я, решившая, что она Властительница мира.
Я от такого заявления трясущегося, словно осиновый лист мужчины на несколько секунд выпала в осадок, не понимая, как вообще он до этого додумался своим мозгом размером с фундук. Да мне власть никогда не была интересна, хотя тут уже меня ждал конфуз. Я ведь, кроме того, что по умолчанию стала Императрицей драконов и Предводительницей нагшасов, оказалась спасительницей людей, которые решили, что именно я должна решать все их проблемы и заботиться об их благополучии.
В первую секунду от таких новостей у меня даже в глазах потемнело, и я забыла, как вообще нужно дышать. Во вторую на глаза пала красная пелена злости. Да я убить готова была того умника, который поведал людям о моем героическом поступке, которого я вовсе не совершала. Ну, честное слово, не я же ловила вампиров и демонов, которые провозглашали свои правила на их землях, а воины-драконы, которые гонялись за ними после ритуала.
Еще раз вздохнув, я взгрустнула, вспоминая парнишку Райли. Именно он был тем вещателем правды, едва оды не сочиняя в мою честь, рассказав своим сородичам о моем существовании. Парнишку было жалко, так что убивать его я передумала, смирившись со своей участью и мысленно строя планы на кого бы скинуть такую честь, вспоминая тот момент, когда мы зашли к Райли впервые после нашего фееричного триумфа.
В тот день Райли встретил нас на коленях, с опущенной головой и решительной обречённостью принять любое наказание, которое мы посчитаем справедливым. Его сестра и мама действительно были в руках врагов, вот только у вампиров, которые пили их кровь, грозясь, разочек перестараться и высушить дорогих ему людей до дна.
Именно вампиры отправили его на мое похищение, вот только действительно похитить, а попался он только благодаря своей неопытности в этом деле.
Парня мы отпустили тогда к родным, ведь поставив себя на его место, я бы поступила так же. Родной человек он по определению ближе, чем кто-то на стороне и если бы в руках возможных убийц были мои близкие, я бы не думала ни секунды.