Ханна могла сказать, что этот мужчина достаточно умён, но в нём не было ничего такого, что наводило бы на мысль о его способностях выследить огромное количество серийных убийц. Казалось, он даже не был в состоянии как следует расчесаться. Когда игры им наскучили, он пригласил её проследовать за ним на задний двор, чтобы покормить рыбок. Они устроились на шезлонгах и стали бросать корм в небольшой пруд.
- Твоя сестра сказала, что на прошлой неделе ты возобновила занятия в… как она это назвала – «школе с терапевтическим уклоном», - сказал он.
Ханна рассмеялась по большей части потому, что и сама часто задавалась таким же вопросом.
- Официально? Это учебное заведение, ориентированное на студентов, столкнувшихся с чрезвычайными эмоциональными и психологическими потрясениями.
- А неофициально? – спросил Гарленд.
- Это перевалочная станция для неудачников.
- Тех неудачников, которые не смогли ничего добиться в жизни или тех, с кем несправедливо обошлись? – допытывался он.
На секунду она задумалась. Вопрос Гарленда вынес на поверхность разницу, над которой она никогда не задумывалась до сих пор.
- Я думаю, и тех, и других. Там есть несколько детей, которые подверглись жестокому обращению или стали жертвами насильственных действий – изнасилований, избиений и всего такого прочего. Они не сделали ничего плохого. У них просто из-за этого сильное посттравматическое стрессовое расстройство. Но большинство оказалось там в результате своих собственных действий.
- А кем же считаешь себя ты? - поинтересовался он. – Девушкой, которая сама облажалась или той, с кем несправедливо обошлись?
Закатив глаза, она улыбнулась.
- Извини, чувак. Я понимаю, что ты просто пытаешься поддерживать разговор, но сейчас ты говоришь, как мой психотерапевт.
- Разумно, - сказал Гарленд. – Мы можем просто покормить рыбок.
Несколько минут они были этим заняты. Как ни странно, воцарившееся молчание было достаточно комфортным. Затем Гарленд снова начал разговор.