Игра без правил

– Оставайся возле машины, – повторил Комбат, для убедительности наставив на мальчишку указательный палец.

– Ладно, – вздохнул тот.

Толкнув застекленную дверь, Рублев вошел в кафе.

Укрепленный на двери колокольчик отозвался надтреснутым дребезжанием, но ни стоявший за стойкой хозяин забегаловки, ни двое беседовавших с ним посетителей даже не обернулись.

– Добрый вечер, – громко поздоровался Комбат.

Он с первого взгляда оценил обстановку и нашел ее весьма нездоровой, порадовавшись, что не взял с собой Сергея.

Здесь имел место вполне недвусмысленный ""наезд"" – это было видно по бледному испуганному лицу человека за стойкой и по расслабленно-угрожающим позам посетителей. Один из них, плечистый парень почти двухметрового роста со стриженым затылком, обернулся и через плечо окинул Рублева равнодушным взглядом сонных бесцветных глаз, полуприкрытых припухшими веками с белесыми ресницами. Решив, что вновь прибывший никакого интереса не представляет, парень так же молча повернулся к нему спиной. Второй вообще никак не прореагировал на появление Комбата, продолжая что-то негромко, с монотонной угрожающей интонацией втолковывать бармену.

Комбат усмехнулся уголком рта. Эти ребята давно сменили китайские спортивные костюмы и кожаные куртки на более цивилизованный прикид, но суть осталась прежней – это были шакалы, возомнившие себя царями природы. Путь Бориса Ивановича Рублева довольно редко пересекался с их кривыми дорожками, и, пока эти ребята держались от него в стороне, Комбат, как правило, даже не вспоминал об их существовании.

Сейчас, однако, ему нужна была еда, тем более что при виде этих загородивших весь прилавок широких спин его голод мгновенно обострился. Он решительно шагнул к прилавку и попытался вежливо отодвинуть одного из рэкетиров в сторонку.

– Командир, – обратился он к бармену через головы ""братвы"", – мне нужно пять хот-догов, пять гамбургеров и две большие бутылки ""пепси"". Сделаешь? И побыстрее, если можно, у меня там пацан голодный.

– Слышь, ты, – слегка повернув голову, процедил плечистый, – друган, свали, а? Не видишь, мы с человеком разговариваем.

– Ребята, да вы что? – прикинулся простачком Рублев. – Я же говорю, мальчишка у меня там, есть просит…

– А ты ему титю дай, – посоветовал второй, поворачивая к Рублеву костистое лицо. Это был жгучий брюнет, и его гладко выбритые щеки казались синеватыми от проступавшей сквозь кожу густой щетины.