– Я люблю на дорогу смотреть, особенно ночью. Кажется, что не едешь, а летишь. Вот только есть хочется.
– Есть? – переспросил Комбат и глубокомысленно подвигал бровями, прислушиваясь к своим ощущениям. – Да, – наконец согласился он, – перекусить не мешает. Ты как к хот-догам относишься?
– Отрава, – скривился Сергей. – Не понимаю, как вы их едите.
– Чего? – растерялся Рублев. – Однако быстро же ты разбаловался, солдат. Пора тебя на перловку сажать. С комбижиром.
Сергей вдруг рассмеялся – так, как умеют только подростки.
– Да вы что, Борис Иванович, – все еще хихикая, сказал Сергей, – вы что, правда поверили?
– Вот обормот, – покачал головой Комбат. – Подловил все-таки. Ну, погоди, я тебя тоже поймаю, дай срок.
Они притормозили возле придорожного кафе. По случаю наступления весенне-летнего сезона его владелец уже выставил на улицу три легких пластиковых столика под полосатыми красно-белыми зонтами с рекламой ""Лаки Страйк"". За столиками никого не было, и в наступившей темноте на них играли отсветы разноцветных мигающих лампочек, которыми был обрамлен фронтон неказистого павильончика, явно установленного здесь еще до того, как даже общественные туалеты начали отделывать по евростандарту.
"Окна павильона были почти сплошь залеплены рекламными плакатами, каждый из которых обещал больше за меньшие деньги или, как минимум, термоядерный взрыв ментолового вкуса в полости вашего рта. Укрепленная на кривоватом шесте пятисотваттная лампочка освещала незаасфальтированную пыльную площадку перед закусочной, на которой стояла сверкающая, похожая на елочную игрушку ""Тойота"" со стремительными каплевидными обводами.
Комбат с легким неудовольствием посмотрел на ""Тойоту"" – уж очень она не вязалась с неказистым видом придорожной закусочной. Впрочем, решил он, голод – не тетка, независимо от того, на какой тачке ты ездишь.
– Посиди-ка в машине, – сказал он Сергею, который уже опустил на землю одну ногу, собираясь выйти.
– Ну, дядя Боря, – проныл тот, – я же себе уже все отсидел. Сколько можно?
– Ладно, можешь размяться, только от машины ни на шаг, – сказал Комбат.
Он не взялся бы ответить, почему ему вдруг пришло в голову решение не брать Сергея с собой в кафе. Попытка логически обосновать это решение выглядела бы, по меньшей мере, смешно – просто это вдруг показалось единственно правильным.