Мы спелись на любви к регби, союз не распался и в средней школе, хотя мы разделились на пары в смысле лучших друганов: Хьюи сблизился с Патриком, а я — с самим собой (и своим поганым характером).
Патрик был тихим парнем. Он не заслужил моего наезда, и уж точно бедняга не заслужил, чтоб ему в лицо прилетела обслюнявленная капа.
Опустив голову, я подбежал к нему, похлопал по плечу и пробурчал извинения.
Видите, вот почему мне нужно было пожрать.
А может, и пакет со льдом приложить к паху не помешало бы.
Закиньте в меня мяса и овощей — и я стану другим человеком.
Терпимым.
Даже вежливым.
Но сейчас я едва не вырубался от голода и боли, а в таком состоянии было не до любезностей.
На этой неделе нам предстоял отборочный матч, а пацаны из команды, в отличие от меня, проводили свободное время, как и свойственно подросткам.
Рождественские каникулы — яркий пример.
Все это время я тренировался как псих, чтобы вернуться на поле после травмы, а парни из команды в каникулы жрали и пили как не в себя.
Проигрывать матч, если мы правда слабее соперников, — нормально.
Но я не готов принять поражение из-за плохой подготовки и отсутствия дисциплины.
Школьная ли это лига или какая другая.
И в моем понимании это, блин, просто ни в какие ворота.
Словом, я и так психовал выше крыши, а тут еще на поле выкатилась какая-то девка и поперлась прямо по тренировочной площадке.
Раздраженный, я смотрел на нее, чувствуя, как внутри поднимается почти маниакальная ярость.
Настолько отстойной была здешняя команда.
Другие ученики просто плевать хотели, что мы тут тренируемся.
Несколько ребят заорали на нее. Меня почему-то это завело еще сильнее.
Я не понимал, чего они вопят на девчонку.
Это была их вина.
Дурни трепались и орали, а должны были или начать играть всерьез, или уже засунуть мечты о регби куда подальше.
Долбаные идиоты.
— Шикарно проявляешь капитанские качества, Кавана, — подлил масла в огонь Ронан Макгэрри, ленивой трусцой пробегая мимо. Еще одно недавнее приобретение, жалкое подобие полузащитника схватки[13].
— Шевели булками, — буркнул я, подумывая, что мне будет, если переломать ему ноги.
Я терпеть не мог этого типа.
— Ты бы лучше своими шевелил, — напрашивался Ронан. — Отброс дублинский.
Решив наплевать на последствия, я схватил мяч и запулил ему в голову.
Аккуратно и точно мяч звезданул Макгэрри туда, куда я и метил, — в нос.
— Уймись, гений! — рявкнул тренер, подбегая к схватившемуся за лицо Ронану.