Я. Это я пытаюсь смягчить гребаные удары, но они продолжают сыпаться.
— Тогда, может, вам с отцом повезет, ты уйдешь, а он в следующий раз прикончит меня, — сквозь рыдания прошипела я. — Тебя это избавит от беспокойства, а ему сэкономит силы.
— Не смей такое говорить, Шаннон! — рявкнул Джоуи, ударив кулаком по рулю.
— Почему? — выдавила я, задыхаясь. — Это правда.
— Шаннон, подыши, — уже мягче попросил Джоуи. Он помассировал мне спину. — Давай. Вдох, выдох.
Я не могла.
Я не могла сделать чертов вздох.
Наклонившись вперед, я отчаянно пыталась втянуть воздух в легкие.
— Вот и умница, — похвалил Джоуи. Он управлял машиной одной рукой, а другой продолжал гладить мне спину. — Медленно и плавно.
Когда мы подъехали к дому, я более или менее успокоилась и сумела восстановить дыхание.
Несколько минут мы сидели в машине и смотрели на отцовскую, припаркованную у дома.
Я не хотела идти в этот дом.
И Джоуи тоже не хотел.
Мы оба были в полной заднице.
«Нет, это ты в заднице, — мысленно поправила я себя.
— Шаннон.
Голос Джоуи отвлек меня от мыслей.
Я не повернулась к нему.
И не ответила.
— Ты меня слушаешь? — спросил брат.
Я вяло кивнула, продолжая смотреть на ненавистную машину.
— Когда он в следующий раз вздумает тебя бить, я хочу, чтобы ты дала отпор.
Я сжалась.
— Ты меня слышишь?
Я кивнула.
— Шаннон, если он снова дотронется до тебя, хватай самый острый нож, какой попадется, и вонзай ему прямо в сердце.
Шмыгая носом, я повернулась к брату:
— А ты не вернешься?
Джоуи молча смотрел на меня, и в глазах у него стояли слезы.
— Не могу, — прошептал он, и по щеке брата покатилась слезинка. — Если я вернусь в этот дом, я убью их обоих.
Он говорил правду, я читала это по его лицу, и тогда я отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу.
— До свидания, Джоуи, — оцепенело прошептала я, вылезла из машины и пошла в дом.
40. Линии и бульдозеры
ДжонниВ понедельник утром настроение у меня было ужасное, отчасти из-за адской боли, но в основном из-за бессонной ночи.
Всю ночь я вертелся в кровати с мыслями о Шаннон.
Всю эту проклятую ночь я провел наедине с сожалениями и фотографией в газете.
Нужно было оставить Шаннон у себя.
Нужно было не позволить Джоуи увезти ее.
Почему? Я понятия не имел почему, но внутренний голос вопил, требуя, чтобы я ее защитил.
Я хотел это сделать.
Только не знал, от чего ее защищать.
Или от кого.
Дурацкая ситуация.