— А я подумала, что ты намного старше.
Я просияла, услышав этот комплимент. Во всяком случае, мне ее слова показались комплиментом.
Редко кто считал меня старше, чем я была на самом деле.
— Мне шестнадцать. Я должна была бы учиться на четвертом, — пояснила я, довольная тем, что меня сочли более взрослой. — Но я провела лишний год в начальной школе.
— И Джонни тоже, — сказала миссис Кавана, тепло улыбнувшись мне.
— В шестом классе началки, — добавила я. — Он этому не обрадовался.
— Ничуть, — засмеялась она. — Его планы рухнули.
— Не то чтобы мы хорошо знаем друг друга, — зачем-то возразила я. — Если честно, предложения Джонни подвезти меня домой — это, наверное, его способ загладить свою вину за то, что завалил меня на поле.
— Что, прости? — поперхнулась миссис Кавана и широко раскрыла глаза."
"— Это была случайность, — быстро добавила я. — Он ничего такого не собирался делать; если кто и виноват, так это я сама.
— И когда же произошел этот несчастный случай?
— Еще в январе, — ответила я. Рука инстинктивно потянулась к затылку. — В больнице сказали, что все закончилось хорошо. Припухлость давно прошла, но Джонни до сих пор искупает вину.
— До сих пор?
— По-моему, он все еще чувствует ответственность за тот случай, — сказала я, пожав плечами.
— Он и должен чувствовать ответственность! — Лицо миссис Каваны побелело. — Кастрирую этого маленького мерзавца! — прошипела она.
— Не надо! — завопила я.
Внезапно задумавшись над своими словами, я вдруг поняла, как кошмарно, должно быть, они прозвучали для миссис Каваны, и, отчаянно желая стереть ужасное выражение с ее лица, поспешно добавила:
— Свалил.
Господи, можно я, пожалуйста, умру?
— Сшиб с ног, — уточнила я. — Припухлость была на голове, но все давно прошло.
— И как именно он тебя сшиб? — спросила мать Джонни, все еще тревожно, но явно испытывая облегчение.
— Засадил мне… — Я тяжело вздохнула.
— Засадил? — повторила она, опять ужасаясь. — Джонни тебе засадил?
— Ну, мячом, — запоздало добавила я, отчаянно ерзая на сиденье. — Там был мяч.