Все связи, что могли потянуться между нами с мужем, протянулись. И уже мало что могло их нарушить.
Потому я отвечала Харелту:
— Да, всё в порядке.
И мы ехали дальше. Но друид всё равно ощутимо тревожился за меня. И за своего короля, конечно, тоже. Дорога начала забирать вверх по каменистому склону. Она стала почти незаметной: похоже, тут редко кто проезжал. Но порой в застывшей мешанине отчётливо можно было разглядеть отпечатки колёс — по расстоянию между ними, как раз подходящему для кочевой кибитки.
Мы же обходили её с другого бока.
— Уже скоро, — предупредил меня Харелт. — Но сейчас нам придётся оставить лошадей и пойти пешком. Я провожу вас ещё немного, а дальше вам нужно будет добираться одной, чтобы Ингюс, если он там, не почувствовал меня.
— Хорошо. — Я смиренно кивнула.
Стражников мы оставили на небольшой ровной площадке между соснами, что всеми силами держались за крутые склоны корнями. Ещё около полумили вверх — и Харелт тоже остановился, хмуро озираясь кругом.
— Вы всё равно не сумеете мне помочь, верно? — Я коротко коснулась локтя друида в безотчётном желании хоть немного его успокоить.
— Вы сами сможете помочь себе. Я в этом уверен. Но мы не знаем, что это за собой повлечёт. Если мы попытаемся найти меч Нуаду, его помощь будет нам нужна.
А значит, мне нужно пройти по опасной грани: не вызвать гнева или подозрительности Ингюса, но узнать о том, как можно противостоять ему, если придётся.
Если Атайр узнает, не избежать ссоры. Но по-другому я поступить не могла. сталкиваться с Игюсом вслепую становилось всё опаснее: я всё реже могла предугадать, что ожидать от него. А дальше всё станет только сложнее.
Я неспешно поднялась по тропе дальше и остановилась у входа в тёмное нутро небольшого на вид грота.
ЕЩЁ шаг, два — дышать стало труднее. Меня закрутило смутно знакомое чувство, как бывало, когда я преодолевала грань миров. Если Ингюс способен создать такое убежище, он и правда очень силён.