— Подарок ты поначалу не приняла. Похвальная стойкость. Но надо же было всему так сложиться в тот вечер… — он сглотнул, но заставил себя продолжить. — Запасное платье очень тебе пригодилось.
Я леденела от его ровного тона и от того, в каком извращённом свете звучало случившееся в его устах.
— Я… я не понимаю. Я ведь всё тогда тебе рассказала. Я всё объяснила. И ты… ты всё понял.
— Объяснила, — муж на меня не смотрел. — Не рассказав и половины того, что произошло.
— Это сильное преувеличение…
— Да неужели? — этого хватило, чтобы гнев вспыхнул в нём с новой силой.
Он осёкся, недоговорив. А я была слишком занята попытками сообразить, откуда он всё это знает, чтобы тут же требовать от него завершить свою мысль.
— Герман, это…
— …всё меняет, — ввернул он собственное продолжение фразы. — Понимаешь ты это или нет? Я не могу тебе доверять. Я не могу…
Он никогда бы не признался, что всё дело в тех, прежних его отношениях.
"Только разве же это повод колом кол вышибать? Отвечать на неискренность изменой! Тем, что когда-то разбило его собственное сердце? Да ещё и на основании перевранных, перекрученных фактов!
Но стоило мне подумать о фактах, как муж обрушил на меня ещё один аргумент.
— И это мы ещё не приступали к самому главному, верно?
— Н-не понимаю, о чём ты.
— Конечно, — с издёвкой бросил мне муж. — Ведь тут у нас случился главный пробел. Твоё таинственное исчезновение с мероприятия. Навеселе и под руку со своим ухажёром, я предполагаю?
Его взгляд прожигал меня насквозь, а у меня вся кровь отхлынула от лица.
Так чудовищно всё перекрутить…
— Герман, послушай…
— Послушать твою очередную ложь? — рявкнул он. — Что можно подумать о парочке, исчезающей в разгар веселья с чужих глаз? Вариантов, прямо скажем, не миллион!
— Герман, откуда ты всё это… кто всё это тебе рассказал?
— Какая, мать твою, разница! Главное, что ты ничего из этого и не отрицаешь!
— Д-да я даже не знаю, с чего здесь начать…
— С правды! — рявкнул он.
— Да разве ты будешь теперь меня слушать?! — взорвалась я. Мне казалось, сейчас моя голова просто лопнет от попыток охватить мыслью всё, что на меня свалилось.