Туман постепенно рассеивался, и что-то, похожее на катапульту, действительно возвышалось в той стороне, где раньше пылала стена огня.
— Надо бы разведать, — буркнул Йорд. — Полезная вышла штука. Сам Эрлик её оценил.
Он приподнялся на локте, пытаясь рассмотреть, что там, на поле боя? Может, труп Эрлика валяется?
— Нужно послать два отряда на поиски следов Эрлика и наших раненых, — решил Ичин. — Так будет быстрее.
— Опасно, — тихо-тихо воспротивилась Дьайачы. — Лучше подождать здесь, пока солнце прогонит дым и туман.
— Трусость — это у тебя бабское! — не согласился Айнур. — Вспомни, как бились! Ждать нельзя. Если Эрлик не сдох, в чём я лично сомневаюсь, то чем быстрее добьём — тем лучше. А добьём — надо сразу спускаться вниз!
— У нас много раненых, — не согласился Ичин. — Мы не можем их бросить здесь. А спуск коварен, лежачих придётся нести на руках.
— А паланкин императора? — развеселился Майман. — Самое то для раненых!
— Его ещё сначала найти надо, — не оценил шутки Ичин.
— Раненых можно увести назад по ущелью, — подсказал Нёкёр.
Охотник стал рисовать палочкой на земле, каким путём вёл людей.
— Я слышал про этот путь, он выглядит безопасным, — согласился Ичин. — Пусть раненые идут ущельем. Кто не сможет — везите их на волках, из самых старых. Тогда и мы сможем пойти вниз караванной тропой.
— Воины терия Вердена могут всё так же стоять у Белой горы, — предупредил я. — Не все они поднялись на перевал за императором и нашли здесь смерть.
— Эй, а как там колдун? — спросил Айнур. — Вот он-то знает, что за мразь осталась внизу и не полезла за императором! Надо бы и его на совет позвать, если очнулся!
Я вернулся в ущелье с Симаром, пообещав доставить Нишая, если он в состоянии говорить.
Когда я ушёл, Шасти ещё спала. Но сейчас она уже умылась, расчесала волосы и с улыбкой поила водой колдуна.
— Что там? — хрипло спросил он, увидев меня.
— Рассвет, — пояснил я. — Перевал потух. Кругом туман, и трупа Эрлика нигде не видно.
— Вы убили Эрлика? — быстро спросил Нишай.
— Мы выбили ему оба глаза, — рассказывая, я улыбался, как мог бодро. — А потом забились в ущелье от греха подальше. День кончился грандиозным замесом: духи гор напали на слепого дракона и трамбанули его в перевал.
— Ты опять говоришь странно. — Нишай закашлялся.
— А ты вообще молчи! — рассердилась Шасти. — Тебе нельзя говорить!
— Но надо, — улыбнулся колдун и попытался встать.