Дров нет — ничего, раненые пусть поедят сырого. А мы в два отряда пошлём обыскать поле боя. А третий отряд пойдёт вниз по тропе. Выяснить надо, кто там в низу остался, живы ли? И где дикие волки? Если кто-то знает о том, что стало с Эрликом — так это они.
Предводитель посмотрел на Нишая, и тот кивнул, берёг горло.
Мы выставили у входа в ущелье охрану. Решили сначала обыскать тремя малыми отрядами место, где раньше был перевал, а уже потом отправляться на поиски раненых.
Риск напороться на выжившего Эрлика был, нужно было убедиться, что он отбыл домой, в преисподнюю.
Один из отрядов возглавил Ичин, второй Майман, третий Ичигин. Охотник хорошо себя показал, вожди оценили. А вот у нас бы ему нагорело за нарушение дисциплины.
Айнура уговорили остаться в лагере. Надо было, чтобы Шасти посмотрела, что у него с рукой.
Пока Майман отбирал для поисковой операции людей покрепче и лучше вооружённых, я пересчитал уцелевших наших.
Отыскал вполне живого и целого Сурлана. А вот Ойгон так и сгинул, заступив дорогу духу медведя.
Пересчёт принёс много плохих новостей. Пропал Темир, мой младший брат, пропала едва ли не половина зайцев. Вигру серьёзно обожгло во время последней схватки. А сколько погибло тех, кого я даже не знал?
— Вставай, лентяй! — позвал я Мавика. — Твой нос сегодня будет работать!
Обожравшийся волк жалобно вытянул перемотанные лапы, насмешив зайцев.
— Иди-иди! — пристыдил его я. — Как ночью драконятину жрать — так ты здоров!
Шасти напоила Нишая эликсирами, и он засобирался со мной, хоть его и качало от слабости.
Багай подошёл и молча встал рядом с отрядом Маймана. Просить он не стал, только поглядывал на меня искоса.
— И Лойчена зови, — велел я.
Было понятно — зайцы тоже мечтают найти своих живыми, и я не собирался лишать их этой радости. Бились они без скидок на возраст.
Но наглости младших я не учёл — месте с Лойченом к нам подвалили зайцы мал-мала меньше. И Нордай заявился, делая вид, что он тут случайно.
Хотел погнать самых мелких обратно, но востроглазый малолетка тут же крикнул:
— Кай, смотри! Чего это за херня?
— Точно! — ответили ему.
Туман жался к земле, и стало видно, что там, где раньше был перевал, высилось теперь что-то серо-зелёное. Странное такое, ни на что не похожее, разве… на кактус?
— Что это⁈ — заорал часовой, переполошив весь лагерь.
Он разглядел непонятное пятно, когда зайцы подняли крик.
Шасти подбежала ко мне.
— Это… Это… — залепетала она. — Это!..