– Джеймс, это наш дедушка, сэр Якоб, и ты прав, он очень добрый человек, – сказала Цирцея, улыбаясь. Джеймс был ослеплён ними леди – все они сияли, словно золотые цветы, заполнившие двор, и жизнь среди мёртвых почему-то казалась им совершенно естественной. Это были очень загадочные женщины.
– Приятно познакомиться с вами, сэр Якоб, – сказал Джеймс, не отрывая глаз от прекрасных ведьм. – Что это за удивительные цветы? Я видел их повсюду во Многих королевствах, – спросил он, когда ведьмы повели его через вестибюль, полный чудесных резных скульптур жутких монстров.
– Когда-то эти цветы были очень редки в этих краях, их выращивали и хранили наши предшественницы. Но теперь наступила новая эпоха, где королевы мёртвых делятся своей магией, сказала Цирцея, беря Примроуз и Хейзел за руки
– Это те самые цветы, которые подарили королеве Тьюлип бессмертие и вернули молодость миссис Тиддлботтом? – спросил Джеймс.
Хейзел обернулась и посмотрела на него:
– Мы знали, что ты очень умён, но я и представить себе не могла, что у тебя такая хорошая интуиция.
– Благодарю вас, миледи. Мне непонятно, почему люди здесь до сих пор боятся матерей королевы Цирцеи. Вы говорите о новой эпохе. Сколько времени прошло с тех пор, как умерли Странные сёстры? – спросил Джеймс, жалея, что Скайлайтс не рассказал ему больше о Мёртвом лесе.
– Их не было с нами так долго, что они не узнали бы Многие королевства – слишком многое изменилось с момента крушения миров, – сказала Цирцея.
– Мне показалось, миссис Тиддлботтом была обеспокоена тем, что сёстры послали меня за тортом. Она сказала, что навестит вас.
Цирцея вздохнула.
– У неё есть причины бояться их возвращения во Многие королевства.
– Давай не будем утомлять Джеймса нашей историей, Цирцея, – сказала Примроуз с дерзкой улыбкой, от которой по бокам её маленького носика появились складки.