Мул был доволен и, как видно, мечтал о том, чтобы остаться в. графской конюшне навсегда."
"– Нет, Шустрик, – угадав мысли мула, сказал гном. – Нам нужно идти дальше. Нельзя злоупотреблять гостеприимством его сиятельства, поищем пристанища в другом месте, там, где попроще. А сейчас давай спать, завтра предстоит дальняя дорога.
Утром Фундинул и его мул сытно позавтракали – гном просяной кашей, а мул второй мерой овса. Кухарка дала им в дорогу холщовую сумку с четвертиной хлеба, кругом козьего сыра и горстью изюма.
Дорога бежала ровно, птицы пели и перелетали с куста на куст, Фундинул щурился на солнце и думал о том, что его злоключения позади, а впереди лишь добрый путь до самого Ливена. Хороших людей, как считал Фундинул, все равно больше, чем плохих, об это свидетельствовал прием, какой был оказан ему в замке. В кошельке за поясом оставалось еще немало серебряных рилли, а у дороги попадалось достаточно богатых селений, где можно было купить и стол и кров.
Почему Фундинул ехал в Ливен, он и сам не знал. Это решение пришло как-то само собой, как только гном покинул разоренный город Коттон. Дождавшись в гроте, пока уберутся пущенные по его следу разбойники де Гиссара, Фундинул выехал на дорогу и сразу понял, что поедет именно в Ливен, под защиту Каспара Фрая. Вернее, не под защиту, а под командование. Гном ни минуты не сомневался, что его милость сразу даст нужный совет и растолкует Фундинулу, как ему поступить.
А ведь как все хорошо начиналось: Фундинул погостил у родственников в стране гномов, куда добирался долгих полтора месяца. Доказал им, что он честный гном и не брал серебра своего дяди, в чем его незаслуженно обвиняли последние годы. Потом вернулся в Ливен и получил тысячу дукатов, которые его милость Каспар Фрай заплатил ему за участие в походе к Южному морю.
Устраивать свою личную жизнь Фундинул решил у Северного моря, в городе Коттоне.
Ремесло мастера по серебру было для Фундинула самым главным, именно этим он мечтал заниматься всю жизнь, однако в своих скитаниях по миру гном научился делать многое, освоил кузнечное ремесло и даже собрал запас инструментов, что стоило ему немалых денег. Подковать лошадь, починить ось или изготовить дюжину шестигранных гвоздей – все эхо он умел.