– Ну так ты идешь с нами?
Эльф выдержал длинную паузу, а затем ответил все тем же бесцветным голосом:
– Я должен обдумать это предложение.
– А чего тут думать? – удивился Углук. – У тебя здесь ничего нет, кроме голубиного дерьма, а прятаться от убийц можно в местах куда более чистых.
– Здесь у меня есть тишина и покой, меня здесь до вас никто не беспокоил.
– Да, но воняет здесь преизрядно, – поморщился Фундинул.
– Ну так что? – начал терять терпение Каспар.
– Пожалуй, я пойду с вами.
– Отлично. Жалованье за этот поход – пятьсот дукатов.
– Это для меня не имеет значения.
– Бери вещи и пойдем отсюда, а то меня сейчас стошнит.
Аркуэнон куда-то исчез и вскоре появился из темноты со своей неизменной котомочкой, небольшой и аккуратной, как и все его вещи.
53
Когда вся процессия, состоявшая из Каспара, орка, эльфа и гнома, прошествовала мимо задремавшего стражника, ему показалось, что это сон, однако встряхнувшись, он понял, что это реальность.
«Расскажу своим – не поверят, – подумал стражник. – Ни за что не поверят».
Неполный отряд Каспара двинулся в сторону Рыночной площади, где его перехватили местные мальчишки, которые стали с улюлюканьем прыгать вокруг редких в этих местах орка и эльфа.
Когда Каспару это надоело, он поймал одного из хулиганов и, надрав ему уши, пинком прогнал прочь, что послужило остальным уроком. Мальчишки разбежались и дали Каспару возможность спокойно привести отряд в гостиницу «Кот и Ботинок».
Помимо мальчишек, в толпе мелькали рожи местных жуликов, среди них были те, кто уцелел после чистки города, устроенной герцогом Ангулемским полтора года назад.
Каспару требовалось где-то временно расселить свое войско, и он направился к гостинице «Кот и Ботинок».
– Хозяин! Хозяи-и-йн! – прокричал он, входя, а угодливый Фундинул тотчас добавил:
– Иди сюда, толстая морда, его милость зовет!
– Зачем ты сказал «толстая морда»? – возмутился Каспар.
– Ну, извините, ваша милость, эти хозяева гостиниц такие ленивые, я хотел как лучше.
Вскоре со второго этажа спустился «толстая морда», который оказался довольно худощав.
– Вы меня звали? – спросил он, поправляя мятый, засиженный мухами красный колпак.
– Да, я вас звал, – сказал Каспар, испытывая неловкость от поступка Фундинула, ведь хозяин гостиницы мог решить, что это Каспар такой грубиян.