Тот ойкнул и, буркнув что-то про ожидающие его дела, скрылся за углом.
– Зря вы тут остановились, ваша милость, – прошептал корзинщик. – Он из деревни шайку вызвал, вон дурачка за ними послал.
– Без тебя знаю, умник.
– Думаете, одолеете их?
– А чего не одолеть? Ты посмотри на меня. – Углук взмахнул двуручником, лошади вздрогнули от блеска стали.
– Меч, это, конечно, хорошо, только ваша милость обыкновенный человек, а у них кое-что пострашнее имеется.
– Во-первых, умник, я – орк.
– Простите, ваша милость.
– Прощаю.
– Ну, я точно сказать не могу, – смутился корзинщик, – но только люди говорят, что деревенский дурачок Генри одержим огнем.
– Это как?
– Когда у него припадки или в гневе он, может дом сжечь одним только взглядом
– Дурачок? – Орк с сомнением покачал головой.
– Да.
– Ну тебя, выдумываешь ты все, слишком много здесь дурачков, тебе не кажется? – Орк почесал пустой живот и, вздохнув, сказал: – Обо всякой ерунде с тобой треплемся, а пожрать мне все еще не дали.
39Из кухни в зал стал просачиваться запах куриного бульона с лавровым листом.
Гости оживились, огонь в камине разгорался все сильнее, и трактир уже не казался таким мрачным и угрюмым.
Пришел орк, чтобы доложить Каспару о состоянии дел, заодно и выпить кружку пива. Поскольку никто больше пить не хотел, Углук опустошил весь кувшин.
– Уф! – выдохнул он, возвращая кувшин на стол. – Еще бы чего пожрать, а то ведь это вода – пошел отлил, и удовольствие закончилось.
В походе Углук старался не вспоминать о том, как хорошо жил в Ливене, где каждый день съедал по жареной свинье, однако эти мысли преследовали его и, случалось, не давали заснуть. Орк вспоминал горы мягких ребрышек, которые отдавал знакомому трактирщику. Эх, с каким бы удовольствием он сейчас сгрыз их сам.
«В следующий раз ничего отдавать не буду, – решил Углук. – Сложу в мешок и пусть стоят. Можно было положить пару мешочков прямо на воз, теперь бы они мне пригодились».
– Ваша милость, я с дурачком этим говорил, которого в деревню послали. Он сказал, что хозяин не велел ему говорить, зачем послан.
– Это может быть все что угодно, не обязательно злодейские приготовления.
– А корзинщик все время нудит, дескать, нас здесь подстерегут. Якобы хозяин только этим и живет – разбоем, стало быть.
– Я уже и сам догадался, только вряд ли у него хватит силенок нас опрокинуть. И не такие пытались, и не тем числом.