— Всё! — Оранжевые глаза вспыхнули ещё ярче, на миг впервые обрисовав уродливую фигуру тощего мускулистого монстра с кожистыми крыльями нетопыря. — Отпусти её, проклятый, мы пришли к компромиссу…
— И ты его отпусти, девочка, — устало попросил святой Пётр. — Ваш спор будет решаться не здесь и не нами. Есть Высший суд. До этого твой муж вернётся в Ад, а ты останешься здесь.
Иван и Рахиль отреагировали мгновенно — спиной к спине у решётки, она — с автоматической винтовкой в положении «стрельба от бедра», он — с обнажённой шашкой над головой: «Не подходи, зарублю!» Силы добра и зла невольно отшатнулись назад…
— Я никому её не отдам!
— Таки только троньте его!
Ослепительный свет, ударивший из ниоткуда, растворил эту невероятную сцену в небытие…
— И что теперь? Кто победил?!
— Они, папа…
— Они?! Они всё испортили, они нарушили все Законы, они позволили себе… такое!
— Они доказали, что Бог есть Любовь.
— Это… я не понимаю…
— Ты ведь знал, что этим кончится.
— И каков финал?
— Ты обещал, папа…
ЭПИЛОГ
— Будет жить! — удовлетворённо сказал врач «скорой помощи», когда машина наконец добралась к месту происшествия. — Тех мерзавцев, что его сбили, удалось взять?
— Объявлен план-перехват, — бодро откликнулся седой капитан милиции. — Видать, они его потехи ради бампером стукнули. Вот ведь, в своей же России опасно носить казачью форму…
— А я думал, он еврей.
— Почему?
— Да так… — пожал плечами врач.
…А Рахиль Файнзильберминц, единственная уцелевшая после страшного взрыва автомобиля араба-смертника, металась на больничной койке в израильском военном госпитале, беззвучно шепча:
— Ваня, Ваня, Ванечка-а, где вы?
…И только небо над ними в тот день было одним небом, жизнь в их сердцах — одной жизнью, и любовь тоже — одна на двоих…
Одна на двоих! Услышь их, Господи…
ИЗ РАЯ В АД И ОБРАТНО
«Ад и рай в небесах», — утверждают ханжи.
Омар ХайямКуда только не попадали герои книг Андрея Белянина! Заносило их случайным ветром в самые разные миры или же временные эпохи нашего мира. То современный москвич попадет в Бухару времен Ходжи Насреддина, то астраханская девушка оказывается в Средневековье, а средневековый рыцарь — в нашем времени.