Мы уехали сюда из Лондона, чтобы хранить веру и не носить ИД. Я не знаю, кто убил твою маму. Я не хочу никого убивать, правда.
– Врешь ты, – сказал я, шмыгнув носом. – Вы всех хотите убить, кто не верит в Аллаха, потому что мы для вас – неверные.
– Вы первые начали! – крикнула она. – Вам только нефть нужна и разврат!
– Разврат – это что такое? – удивился я.
– Ну… Это когда тетки в телевизоре пляшут голые.
– Фи! – Я рассмеялся. – Вам с Аллахом жалко, что ли? Какое ваше дело? Переключи на футбол или мультики.
– Это же ты меня приехал убивать, – напомнила Фарха.
– Проклятье! – взорвался я. – Ну а что нам с вами еще делать-то? Сидеть и ждать, пока вы нас всех перебьете, как вам приказала ваша гнусная религия?
Фарха вскочила.
– Не смей так говорить! Ты ничего не знаешь про ислам!
– Что вижу, то и говорю! – заорал я. – А ты думала, очередную бомбу взорвала – и эта бомба нам что-то хорошее про ваш ислам расскажет?
– Я не взрывала ничего!
– Ты или не ты – какая разница? Ваши! Спасибо вам, рекламщики ислама! Гнусная у вас религия! Гнусная-гнусная-гнусная!
– А у вас не гнусная? – возмутилась Фарха.
"– У нас не гнусная, – объяснил я. – Потому что Иисус не велел никого убивать. Он прощал своих врагов, и сам на крест пошел. А людей учил любить и прощать!
– Так что ж вы не прощаете? – прищурилась Фарха.
Я даже захлебнулся от такой наглости.
– Да ты совсем обалдела? Вы нас будете убивать, а мы вас прощать?!
– Но вам же ваш Иисус велел? – возразила Фарха с усмешкой.
От возмущения я снова потерял дар речи.
– Да вы хорошо устроились, я гляжу! Ваш Аллах велит всех нас убить…
– Неправда, – строго перебила Фарха.
– Правда! Нам на обороне рассказывали! У вас в Коране написано: «убивайте всех неверных, где встретите!»
Фарха топнула ногой:
– Нет такого в Коране! Там не так написано! Там написано: «сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается с вами, если они будут сражаться с вами, то убивайте их: таково воздаяние неверным».
– А почему это мы первые?! Не мы начали!
– Потому что ваш Иисус так говорит!
– Да с вами нельзя перестать сражаться! – закричал я.