Хайен впервые увидел, как трескается его привычное спокойствие, и чувства сменяют друг друга на лице эльфа. Девушка отстранилась и пробурчала:
— Со мной все хорошо. Благодаря Хайену.
Магистр холодно ответил:
— Это с ним все хорошо благодаря тебе.
Хели упрямо вскинула голову и посмотрела в глаза отцу. Тот неожиданно смягчился и погладил девушку по голове, а затем с легкой улыбкой ответил:
— В такие моменты я понимаю, что в тебе гораздо больше Пламени, чем в твоих братьях, Хели. Все-таки Лой и Лэл унаследовали нрав фуу Акаттон Вал…
Герцогиня Райга, в свою очередь, подошла и обняла дочь.
Девушка заметила его недоуменный взгляд и бросила служанке пару фраз на но-хинсокм. Через минуту та забрала у Хаена палочки, и положила перед ним вилку.
— Ненавижу палочки, да и еду но-хинскую не очень уважаю. Но ты пробуй, вдруг тебе понравится. Хели кое-что из этого любит.
Хайен задумчиво оглядел незнакомые закуски. Хели тут же набросала ему на тарелку то, что сама считала вкусным. А юноша подумал о том, что так голоден, что непривычный вкус его совсем не смущает.
За ужином Хайен коротко пересказал свои злоключения начиная с того момента, как они попали в Мерцающий лес. Пришлось рассказать и о том, что он способен восстанавливать источник Хели, проникая в ее сон. И теперь магистр Лин хмурился, пытаясь понять, что это принесет его дочери.
Наконец, эльф обратился к девушке:
— Я удивлен, что ты сумела переместиться в Мерцающий лес. Почему туда? Ты хоть понимаешь, что я почувствовал, когда понял, где вы?
— Я тренировалась, — развела руками она.
«Нет, — подумал Хайен. — Ты перенеслась туда, потому что хотела исполнить мое желание. И подтолкнул тебя к этому обмен…» Но, конечно, он не стал говорить об этом. Мысль о том, что внутри источника девушки теперь живет его магия, грела.
Затем эльф повернулся к Хайену и задумчиво сказал:
— Второй наследник Синтсирэль… Я застал его совсем ребенком.