Они должны были остаться у самого Неждана как некий эталон…
Позанимались, как обычно.
Легли спать. А утром случилась беда:
— Ты чего, — тронул парня за плечо Вернидуб, ибо тот никак не вставал и продолжал валяться.
— Не могу. Озноб. Слабость.
— Ох! — ахнул седой. — Где же это ты? Как же это ты?
— Продуло, верно, — вяло буркнул Неждан. — Видимо, надо переписывать на бересту и обжигать глину.
— Почему? Еще время есть!
— Жар… я, видно, простуду подхватил. Если она осложнится мне конец. Лекарств-то нет.
— Не говори так!
— Ты сам все видишь.
— ЧТО ТЫ ТАКОЕ ГОВОРИШЬ⁈ — взвился седой. — Ты даже не представляешь, какая беда для нас твоя смерть! Для всех нас!
— Арак уймется. А вы получите знания и сможете подготовиться в тишине к борьбе с сарматами. Это дорогого стоит.
— Вздор!
Неждан отвечать не стал.
Просто отвернулся к стене и замолчал.
Лекарств под рукой не имелось.
А тут — зима.
Судя по всему, ее конец. Самые морозы, да еще и организм, ослабленный недостатком витаминов…
Вернидуб оделся, заправил печь новой порцией дров. Взял лыжи и куда-то ушел. А парень очень быстро задремал. Но так — странно. Нервно и тревожно.
Ему снилась прошлая жизнь.
Вон он просыпается там — во сне.
На улице шел сильный дождь.
Автомобиль не завелся по какой-то причине, и он, Неждан, отправился «своим ходом», побежав к остановке. Водоотвод на дорогах опять не работал: или забился, или его никогда и не имелось. Оттого встречная машина обдала его грязной водой с ног до головы. А последовавший порыв ветра сломал зонтик.
Пару минут спустя он замер у дороги в ожидании автобуса, пытаясь укрыться от непогоды на совершенно непригодной для этого остановке. С такой высокой и узкой крышей она совершенно не защищала от дождя…
Приехал автобус.
Но мест не было. Неждан попытался впихнуться, но возмущенные пассажиры его вытолкали. Да еще и матом обложили. При этом сумка с ключами, смартфоном и всем, что он нес с собой, осталась там — зажали и вырвали из рук.
Его начало трясти.