Гвен казалось, что она не сможет избежать длинных рук Гарета, куда бы она ни повернула. Было странно думать, что всего сутки назад она разговаривала с Фиртом, а теперь он висел здесь. Гвен не могла избавиться от ощущения, что смерть забирает всех вокруг нее, она следует также и за ней.
И хотя Гвен хотелось отвернуться, выбрать другой путь, она знала, что дорога через площадь была самой верной тропой, и она не поддастся своим страхам. Девушка заставила себя пройти мимо балки, как раз мимо висящего тела. Сделав это, Гвен удивилась, когда дорогу ей преградил королевский палач, облаченный в черные одежды.
Сначала девушка подумала, что он собирается убить и ее, пока он не поклонился.
«Миледи», – смиренно произнес он, опустив голову в знак уважения. – «Все еще не был дан королевский приказ относительно того, что делать с телом. Я не получил инструкции о том, похоронить ли его надлежащим образом или бросить в массовую могилу нищих».
Гвен остановилась, досадуя из-за того, что все это свалилось на ее плечи.
«Бросьте его в общую могилу», – сказала она. – «Без опознавательных знаков. Не предоставляйте ему никаких специальных обрядов погребения. Я хочу, чтобы его имя было стерто из анналов истории».
Палач склонил голову в знак признательности, и девушка нашла для себя небольшое оправдание.
«И еще кое-что», – добавила она, остановив палача. – «Снимите тело сейчас же».
«Сейчас, миледи?» – переспросил палач. – «Но король отдал приказ, чтобы это тело повисело дольше».
Гвен покачала головой.
«Сейчас», – повторила она. – «Это его новый приказ», – солгала она.
Поклонившись, палач поспешил обрезать веревку.
Гвен снова нашла для себя небольшое оправдание. Она не сомневалась в том, что в течение дня Гарет проверяет тело Фирта из своего окна, и устранение тела будет досаждать ему, служа напоминанием, что его планам не всегда суждено осуществляться.
Гвен уже собиралась уходить, когда услышала знакомый крик.