Ну ты скажи, как потемнело сегодня, еще не так уж и поздно.
Капли дождя посыпались на стекло, я включил щетки. Большие колеса расплескивали многочисленные лужи, машин почти не было – так, две или три попалось, не больше. Чуть проехали – и вон уже гаражи, там как раз пара вспышек сверкнула. Где там въезд был? Вон он, вижу. Придется так на машине и въезжать, ворота – самое опасное место, как бутылочное горлышко, надо как можно быстрей проскакивать.
– Очки, я свет выключаю. – Я вытащил свои «хипстерские», надел.
– Едем без разведки, так что продвигаюсь докуда получится, попутно ищем укрытия. Как встал, так разом и выскакиваем.
– Принял.
Резкий поворот, длинный грязный проезд, белый фургон, стоящий у ряда гаражей справа. Из-за него выскочил человек в куртке с капюшоном, вскинул какое-то оружие, но я утопил газ в пол и кинул машину прямо на него. Он дернулся, попытался отскочить, но тяжелый «бронко» сшиб его правой стороной кенгурятника и силовым бампером, откинув в сторону.
– И еще разок, – пробормотал я, перекидывая рычаг коробки в «драйв».
Машина вновь прыгнула, но уже никто не кричал. Прикрытие они тут поставили, понимаешь, только не слишком умное.
– Пошли. – Я схватил карабин и вывалился из машины.
Этот готов? Этот готов, без сомнений.
Отблески пламени дальше и правей, скорей всего, алхимические гранаты, а если гранаты, то дистанция боя никакая, маленькая совсем, все они там. Черт, надо бы Саню попросить какие-либо амулеты «свой-чужой» придумать, как тут народ различать? Я даже не знаю, во что Хмель одет.
– По левой стороне, держу проход, а ты крышу.
– Принял.
– Пошли."
"Марка прицела на все провалы ворот без створок, проходы, карабин Дмитрия ведет контур крыши.