Чтобы растянуть запас подольше, я добавляю ивовой коры. Это еще и… боли снимает.
– Какие боли?
– У меня иногда болят крылья. Точнее, шрамы. Как старые раны."
"Свое сочувствие Неста запихнула поглубже. Она молча допила чай и встала:
– Спасибо за угощение.
Неста взялась за пустую тарелку, но Эмери ее остановила:
– Оставь, я потом вымою.
Все движения иллирианки были изящными и уверенными.
Неста вышла на торговую половину и только там заговорила о цели своего прихода.
– Занятия, которые Кассиан проводит со мной в Доме ветра, открыты для всех.
Обрезанные крылья Эмери и ее ужасная родня были не тем, что довелось испытать Гвин, но раны имеют разные обличья.
– Мы упражняемся каждое утро, с девяти до одиннадцати. Иногда до полудня. Присоединяйся к нам.
Эмери напряглась.
– Мне отсюда не выбраться, но спасибо за предложение.
– Тебя могли бы перебрасывать в Дом ветра и обратно.
Неста не знала, кто именно, но если бы ей пришлось просить самого Риза, она бы попросила.
– Щедрое предложение, но мне надо торговать. – Лицо Эмери, такое же обветренное, как у Азриеля, оставалось непроницаемым. – И потом, воинская выучка меня не занимает. Сомневаюсь, что, узнав о моих занятиях, местные жители станут чаще наведываться в магазин.
– Ты не похожа на трусиху.
Эмери молчала, закусив губу.
– Захочешь присоединиться – дай знать. Предложение остается в силе.
«А от этого избалованного, бездушного придурка Эриса все-таки есть какая-то польза», – с большой неохотой признал про себя Кассиан.
– Сокровищница ужаса, – повторил Эрис, поглядывая на серые небеса, предвещавшие снег. – Впервые о ней слышу. Но меня это почему-то не удивляет.
– Твой отец знает о предметах, входящих в Сокровищницу? – спросил Кассиан.
Иллирианские степи не были нейтральной землей, но их пустынность наконец убедила Эриса, и он согласился встретиться с Кассианом в этом месте.
– Хвала Матери, не знает, – ответил Эрис. – Знал бы, он бы мне рассказал. Но если, как ты полагаешь, Сокровищница обладает разумом, если она хочет, чтобы ее нашли… Боюсь, такое желание притянет к ней и других. Не только Бриаллину с Косфеем.
Окажись Сокровищница у Берона, это обернулось бы немыслимой бедой.