– Сама не знаю, чего мне искать, – призналась она.
– А ты откройся целиком и следи, не мелькнет ли что-нибудь, – посоветовал Кассиан.
Он поменял направление и теперь летел по широкой дуге на запад. Воздух давил ему на крылья, словно норовя заставить его и Аза опуститься на землю.
Но погружение в черную воду они оставили на самый крайний случай.
Среди болота мелькали островки травы. Некоторые так густо поросли ежевикой, что не оставалось даже клочка для приземления. Помимо ежевики, к небу тянулись стебли, усеянные шипами.
Несту пробрала дрожь.
– Здесь невыносимо, – призналась она.
– Мы пробудем столько, сколько выдержим, – успокоил ее Кассиан. – Если ничего не найдем, завтра вернемся и продолжим с того места, где закончим сегодня.
Кассиан был вооружен двумя мечами, четырьмя ножами, а также иллирианским луком с полным колчаном стрел. На руках поблескивали все семь сифонов.
– А кто еще живет здесь, кроме келпи? – спросила Неста.
– Говорят, что ведьмы, – нехотя ответил Кассиан. – Нет, не из человеческой породы, – добавил он, когда Неста удивленно выгнула бровь. – Эти жаждали магии и власти, что превратило их в жутких тварей. Верховные правители разных Дворов изгнали их сюда.
– Что плохого в таком стремлении?
– Они пьют молодую кровь, дабы преодолеть холод своей магии.
Неста поежилась.
– А еще есть Певцы света, – продолжал Кассиан, внимательно осматривая болота. – Прекрасные воздушные существа. Появляются, когда ты заблудилась. Выглядят вполне дружелюбно, обещают помочь. Но едва ты попадаешь к ним в руки, тут же показывают свое истинное лицо, далеко не прекрасное и не дружеское. Ужас – последнее, что испытывает их жертва, прежде чем ее утянут на дно болота. Певцы света убивают потехи ради, а не для пропитания.
– И все эти жуткие твари собраны здесь без всякого присмотра?
– Средиземье – ничейная земля.
– А почему их не отправили в Тюрьму?
– Их злодеяния обусловлены не намерениями, а природой. Келпи созданы, чтобы заманивать, убивать и поедать своих жертв. То же делают волки. Средиземье – лучший вариант для таких. Здесь они отделены от нас и никто не наказывает их за природные особенности.