Если фэйская знать жестоко обходилась со своими семьями, каким же кошмаром становилась она для врагов? Возможно, между Дворами назревала война, а странная болезнь уже ослабила магические способности Тамлина…
— Если Аттор ее видел… — пробормотал Ласэн, оглядываясь вокруг.
— Не видел, — возразил Тамлин.
— Ты уверен?
— Не видел, — сердито повторил Тамлин и посмотрел на меня.
Его лицо и сейчас было бледным от гнева, а губы — плотно сомкнуты.
— Встретимся за обедом, — сказал он мне.
Мне отчаянно хотелось поскорее оказаться в своей комнате и закрыть дверь на замок.
«Тебе лучше не знать», — прошептал мне весенний ветер.
Глава 20
Обед прошел тягостно. Тамлин почти не разговаривал ни с Ласэном, ни со мной. Вернувшись к себе, я зажгла все свечи — хотелось разогнать тени.
На следующий день я осталась в доме. Пошла в свою «живописную комнату» и уселась за холст. Вскоре на нем появились очертания высокого, невероятно тощего серого существа с ушами летучей мыши и громадными перепончатыми крыльями.
От законченной картины веяло ужасом. Я оставила ее в комнате и отправилась на кухню — предложить Асилле помощь в приготовлениях к праздничному пиру.
"Наступило предпраздничное утро. Сегодня, едва зайдет солнце, начнется Каланмай — Ночь огня. За весь день я ни разу не видела ни Тамлина, ни Ласэна. День тянулся на редкость долго и напряженно, а когда сменился сумерками, меня снова вынесло в коридоры.
Я попыталась определить его направление. Барабанщики играли где-то за садом, дальше площадок для игр. Скорее всего, в лесу, примыкавшем к площадкам. Звуки были сочными, вопрошающими. Один удар, а через несколько секунд — два ответных.