Меня охватил ужас. Через мгновение лицо Ризанда исказилось от гнева.
— Ты осмелился заслоняться от меня своей поганой магией? — прорычал он.
Фиолетовые глаза засверкали, прожигая насквозь. Ризанд сумел уничтожить магический покров, но меня по-прежнему не было видно из-за спины Ласэна.
Тамлин встал, отпихнув ногою стул. На руках заблестели когти. Казалось, еще немного — и он вопьется Ризанду в горло, обойдясь без ножей.
Наконец Ризанд увидел меня. Его лицо превратилось в маску холодной ярости.
— А я тебя помню, — промурлыкал он.
Ризанд повернулся к Тамлину:
— Врать надо складнее. А теперь изволь сказать, кто это у тебя в гостях?
— Моя невеста, — вдруг ответил Ласэн.
— Да ну? А я-то думал, ты до сих пор оплакиваешь ту простушку. Ты столько веков не мог ее забыть.
Ризанд подошел ко мне. Металлические нити, которыми был расшит его камзол, совершенно не отражали солнца. Казалось, свет не желал иметь ничего общего с тьмой, исходящей от Ризанда.
Ласэн плюнул Ризанду под ноги и взмахнул мечом.
Ядовитая улыбка Ризанда стала только шире.
— Ласэн, если ты прольешь хоть каплю моей крови, то узнаешь, как быстро шлюх Амаранты способен пустить кровь всему Двору осени. И супруга его правителя не станет исключением.
Ласэн побледнел, но не отступил.
— Ласэн, опусти меч, — велел ему Тамлин.
Ризанд неспешно разглядывал меня.
— Ласэн, мне известно, что ты предпочитал выбирать себе любовниц из низов. Но я никогда бы не подумал, что тебя угораздит связаться со смертной никчемностью.
Мое лицо вспыхнуло, да и Ласэна затрясло: то ли от гнева, то ли от страха. А может, от давней печали. Я не знала.
— Представляю, как огорчится твоя мать, узнав о выборе младшего сына. Я уж не говорю о том, как она будет опозорена. На твоем месте я бы хорошо спрятал твою зверюшку, чтобы — не приведи Котел — до нее не добрался отец.
— Уходи, Ризанд, — потребовал Тамлин, вставая за спиной верховного правителя Двора ночи.
Но дальше слов Тамлин не пошел, не пустил в ход когти, хотя видел, что Ризанд приближается ко мне.
"Ризанд отбросил Ласэна, словно легкую занавеску. Между ним и мною не осталось никаких преград.