Невидимые когти лениво скользнули по моему разуму и исчезли. Я сползла на пол. Меня трясло и шатало. Я из последних сил старалась не разреветься, не закричать и не вывернуть из себя то, что успела съесть.
— Амаранта с наслаждением сломает эту живую игрушку, — сообщил Ризанд. — Не меньшее наслаждение ей доставит следить за твоим лицом. Представляешь, как оно будет меняться, пока Амаранта, кусочек за кусочком, будет уничтожать это хрупкое смертное создание!
Тамлин застыл. Его руки с выпущенными когтями болтались как плети.
— Пожалуйста, — только и мог прошептать Тамлин.
— К чему относится твое «пожалуйста»? — спросил Ризанд.
Он спрашивал вкрадчиво, нежно, будто говорил с робкой возлюбленной.
— Не рассказывай Амаранте о ней, — звенящим от напряжения голосом произнес Тамлин.
— А почему бы нет? Как ее шлюх, — Ризанд выразительно посмотрел на Ласэна, — я должен рассказывать ей обо всем.
— Пожалуйста, — прошептал Тамлин.
Мне показалось, что ему трудно дышать.
Ризанд показал на пол и язвительно улыбнулся.
— Проси как следует, и тогда я, быть может, не расскажу Амаранте.
Тамлин опустился на колени и склонил голову.
— Ниже!
Тамлин прижался лбом к полу. Его руки потянулись к сапогам Ризанда. Меня душили слезы, хотелось реветь от бессильного гнева, видя моего верховного правителя столь униженным.
Ризанд махнул рукой Ласэну:
— И ты тоже, лисенок.
Лицо Ласэна помрачнело, но и он безропотно встал на колени и склонился лбом к полу.
Кое-как я уняла дрожь.
— Интересно, ты делаешь это ради себя или ради нее? — вслух рассуждал Ризанд.
Он пожал плечами, словно и не заставлял верховного правителя падать перед ним ниц.
— Как же ты безнадежен, Тамлин! Я обескуражен. Такое брезгливое зрелище. Титул верховного правителя сделал тебя чудовищно скучным.
— Так ты не скажешь Амаранте? — не поднимая головы, спросил Тамлин.
Ризанд усмехнулся:
— Может, скажу. А может, нет.
Тамлин с молниеносной скоростью вскочил, он был готов клыками вцепиться Ризанду в горло.
— А ну без фокусов! — прищелкнул языком Ризанд и одной рукой оттолкнул Тамлина. — Особенно когда рядом этот подарочек.
Его взгляд переместился на меня.
— Как тебя зовут, упрямая крошка?"
"Назвав ему свое настоящее имя, я лишь усугублю страдания.