Усек?
— Гхм… Кхм… Да, да, конечно, усек, — кивнул я со смиренным видом и опустил глаза, чтобы не выдать нечаянной радости — не думал, что так легко отделаюсь. — Через два дня уеду. Жаль, конечно, — очень мне понравилось под вашим руководством работать… Но что поделаешь, если уж так вышло? Вы тоже меня поймите…
— Угу, хорошо, — продолжил Белый, — я тебя прекрасно понимаю. Не забудь еще, что, если где проколешься — не стоит болтать лишнего. Усек?
— Да усек, усек, — подтвердил я, — не извольте беспокоиться!
— И последнее, — Белый отвернулся от окна и уставился на меня немигающим взором.
— Хм… Ну, может, из соображений гуманности, — я слегка насторожился, почуяв какой-то подвох. — Может… Может, жаль вам меня стало?"
"— О! Верно мыслишь, малыш! — Белый ухмыльнулся и поднял указательный палец правой руки вверх, как бы призывая ко вниманию. — Жаль мне тебя, очень жаль! А потому и не тороплю. Два дня я тебе даю, чтобы ты нашел тридцать штук баксов.
Я не помню, когда в последний раз разевал рот от удивления. В моей прежней работе такой неожиданный поворот — это страшная ошибка в расчетах, которая, как правило, влечет за собой смерть или срыв боевой задачи. Вот это ты, бригадир, отчудил! Нет, я знал, что Белый склонен к театральным жестам, знал прекрасно — имел возможность убедиться в этом на практике… Но не настолько же, черт его побери!
— Ага… Ага… Тридцать штук, значит, — уточнил я, закрыв рот после почти полуминутной паузы и слегка овладев собой.
— Не-а! — Белый грустно покачал головой. — Это была обкатка, сынок. Просто обкатка — проба. Ты ее не прошел, забраковали. Какие могут быть счеты? А лишнего с тебя не требую — все по затратам. 15 штук за реабилитацию — сам знаешь; пять — за лечение Дрозда и 10 — компенсация ему же за моральный ущерб… Не хочешь — иди, падай на колени, извиняйся.
— Ну и где ж я, по-вашему, за двое суток могу достать тридцать штук баксов? — Я изобразил горькое отчаяние, но в меру, памятуя о тонкой проницательности бригадира. — Это ж фантастика! 150 «лимонов» деревянными — грубо. Только грабеж или кража… Кого мне ограбить? Хоть наводку дайте!
— Ни на водку, ни на вино не дам, — серьезно пошутил Белый.