Температура воды от четырех до шести градусов. Пять минут, не более.
— Суки! — с досадой процедил Корнеев, едва сдерживая зубной стук. — Да отвалите вы уже…"
"Но душманы отваливать не собирались, наоборот, они сгрудились у входа, начали говорить громче. Время шло. Боль все сильнее сковывала разум…
Решение пришло мгновенно — я решительно выхватил из своей разгрузки гранату и выдернув предохранительное кольцо, швырнул ее наружу, на свет.
Неровный каменный свод нависал над водой очень низко и неудачно — если бы я не попал и РГД-5 ушла бы выше, то затем просто отскочила бы обратно и даже упади она в паре метрах от нас, мы получили бы кучу осколочных ранений и гарантированную контузию, а там и до смерти недалеко.
Снаружи раздался удивленный возглас — духи наверняка охренели! Думали, думали, а тут на тебе — из темноты выкатилась граната. Секунда, две… Затем оглушительно грохнуло!
Выждали несколько секунд.
— Пошли! — рявкнул я и первым бросился на свет.
Говорить, не мешки ворочать. Получилось плохо — скованные от холода и судорог мышцы не слушались, боль добавляла крайне неприятных ощущений, которые сильно мешали нормальной координации. В итоге я не выскочил из-под скалы, а буквально вывалился…
Духов было шестеро. Все собрались здесь, прямо у входа. Четверо из них, кто-как лежали в разных позах, в пятнах крови, а ещё один сидел на пятой точке, схватившись за голову. Последний, громко ругаясь, уже поднимался на ноги, держа за рукоять старенький Калашников.
Полулежа на боку, вскинув ПБ-1С, я дважды нажал на спуск, перевел ствол на сидящего — этому досталась одна пуля.
Вылез и Шут — на лице гримаса боли, зубы стиснуты, в руке сжат ТТ-шник. Его тоже прихватила судорога, причем за обе ноги сразу — это теперь три-четыре минуты придется отходить и разминать мышцы. А времени-то и нет совсем — на шум взрыва гранаты сейчас сбегутся другие душманы… А ну, что это там взорвалось такое?
— А, ты уже все? — Паша опустил пистолет, когда увидел что стрелять не в кого.
Затем он кое-как принял вертикальное положение, сделал пару неуверенных шагов. Приблизился и склонившись над тяжело раненным духом, вырвав из его окровавленной руки аптечку, глухо произнес: — Дай сюда, чего чужое хватаешь?
— Шут, уходим! — воскликнул я, хватая валявшийся на камнях автомат. Из разгрузки одного из врагов вытащил запасной магазин. Особо шариться по трофеям времени не было.