Линия мести

Тем временем играющие в карты мужчины разошлись по палатам. Андрей предложил мне переместиться за стол.

— Женя, а ты умеешь играть в шахматы? — спросил он меня. Я кивнула.

— Сыграем? — обрадовался Андрей. — Признаюсь, карточные игры я на дух не переношу, а вот в шахматы меня еще отец научил играть. Когда был жив… С тех пор это моя любимая настольная игра.

— Я тоже шахматы больше люблю, чем шашки, — призналась я. — И для ума полезно.

— О, пожалуй, мне скоро поставят мат! — улыбнулся парень, но совершенно беззлобно, без сарказма.

Он достал шахматную доску и поставил ее на стол. Я выбрала черные фигуры, Андрею остались белые.

Тот день был необычным не только из-за знакомства с братом Ани. Случилось еще кое-что, не укладывающееся в рамки обычного больничного расписания.

Не помню точного времени — я не успела посмотреть на часы, — Любовь Романовна подошла ко мне и велела следовать за ней. Я вышла из своей палаты (во всей больнице был тихий час, и пациентам следовало находиться не в общей гостиной, а в своих комнатах) и, недоумевая, зачем понадобилась медсестре, направилась по коридору.

Может, со мной хочет поговорить Степан Сергеевич? Тогда почему он сам не зашел в мою палату? Нет, не за этим позвала меня Любовь Романовна — мы прошли мимо кабинета лечащего врача и направились к лестнице.

Мы дошли до «комнаты свиданий» — она находилась на первом этаже, недалеко от столовой, — и медсестра коротко сказала мне:

— Женя, с тобой хочет поговорить следователь.

Не пугайся, он всего лишь задаст тебе несколько вопросов по поводу Ани — ведь она так и не вернулась домой, а ты была ее соседкой. Успокойся, тебя никто ни в чем не подозревает, это всего лишь необходимая формальность.

— Хорошо, — кивнула я. — Я поговорю с вашим следователем. Он только меня допрашивает? Ведь до моего появления Аня общалась и с другими пациентами…

— Я не знаю, какие у него планы на других больных, — пожала плечами Любовь Романовна.

 — Но я сказала полицейскому, что ты была Аниной соседкой. К тому же на тебя было совершено покушение, судя по твоей травме. Следователь и раньше хотел с тобой побеседовать, но он приходил, когда ты находилась в реанимации и не могла с ним разговаривать.

— Я поняла, — снова кивнула я и прошла следом за медсестрой.

За столом сидел человек лет сорока-сорока пяти в темно-синем пиджаке и такого же цвета брюках.