— Ну и ты, конечно, заступился и отдал им взамен своё удостоверение, — прикалывается друг.
— Удостоверение, видимо, выронил, когда падал, — говорю серьёзно. Шутки шутить нет ни малейшего желания.
— О-о-о… Так это было нападение на сотрудника полиции? Конкретно же они попали, — довольно хмыкает Игнатов.
Давно он их закрыть хочет, только вот изворотливые черти… были. Теперь им не отвертеться.
— Они в участке?
— Да, всё как положено, — хмыкает Виктор, — Федорович сегодня дежурит, глаз с них не спустит.
— Понял.
— Давай, Володь, ждём!
Скидываю звонок и провожу ладонью по лицу.
Что-то мне подсказывает, что телефончик-то они моей соседки прихватили.
На следующее утро.
От лица Дианы…
Я перерываю свою рюкзак уже по второму кругу, но мобильника в нём не нахожу, хотя точно помню, что положила его именно туда. На всякий случай выворачиваю карманы куртки, но кроме магазинных чеков ничего в них не обнаруживаю.
И как теперь быть? В телефоне у меня вся моя жизнь: карты, книги, записная книжка, напоминалка, заполненная до отказа, так как я часто всё забываю; телефоны клиентов, родителей, друзей.
Да, это можно всё восстановить, но на это потребуется время. И как только раньше люди обходились без телефона? Не представляю…
А, может, я в квартире соседа его оставила?
Да, нет… Не могла.
Хотя ни в чём не могу быть уверена. Я как в трансе была, сама не своя… Или, наоборот, я настоящая: пылкая, страстная, отзывчивая… а не бревно, как любил говорить обо мне мой бывший.
В растрёпанных чувствах мечусь по квартире, не зная за что взяться, куда податься. Сегодняшний день можно считать безвозвратно потерянным. Перенести встречу с клиентками не получится, да и они не смогут до меня дозвониться. А это значит, что двое человек поставят мне сегодня минус в карму.
Звонок в дверь заставляет замереть на месте.
Я никого не жду.
Снова звонок. Настойчивый, долгий, а после голос, который я бы хотела никогда больше не слышать.
— Ди, открывай! Я знаю, что ты дома! — долбит Кулагин кулаком в дверь.
Я больше не боюсь его. Не боюсь!
Настроение сейчас такое, что, кажется, сама кому угодно накостылять смогу.
Подхожу к двери и резко её распахиваю:
— Зачем пришёл, Кулагин? Адресом ошибся? — рычу я.
— За вещами своими пришёл! — отвечает он, обдавая меня алкогольными парами и бесцеремонно толкнув меня плечом, заходит в квартиру.