Стоило ему посмотреть на меня как-то по-особенному, как я тут же заливалась краской и продумывала план побега.
— Ты же знаешь, что нет, — ответила я, запихивая в рот последний кусочек и нащупывая под подушкой пульт от телевизора. — Что будем смотреть?
— Не знаю, — задумался Ник. — Давай комедию."
"Я включила первую попавшуюся комедию, помогла Никите перебраться на диван и устроилась у него под боком с мыслью, что вот посмотрю немного фильм и побегу к себе домой.
До дома я так и не добралась.
Впервые за время нашего общения я уснула в кровати парня.
— Доброе утро, соня, — прошептал хриплым ото сна голосом Ник. — Пора вставать.
Я вздрогнула, а затем зажмурилась. Прижала к себе угол одеяла, уткнулась в него носом и застонала. Ну как так-то? А потом подумала, что лучшая защита — это нападение, и стала защищаться.
— Почему не разбудил? — наехала на парня я.
— Не хотел, — ответил он, приподнимаясь на локтях и отворачиваясь. В этот момент мне стало обидно. Я прикусила губу и нехотя начала выбираться из постели парня.
— Ни-и-ик, — с укором сказала я и покачала головой. — Дурак, блин.
— С тебя завтрак. Сырники хочу, — сказал он, улыбаясь такой теплой и жизнерадостной улыбкой, что я замерла. Так и не донесла ногу до пола. — Нюсь, я реально сырники хочу.
Я рассмеялась, спрыгнула с дивана и помчалась в ванную, приводить себя в порядок. С лица не сходила глупая улыбка, а тараканы в голове устроили пир.
В дверях столкнулась с Ником, подержала дверь, дождалась, когда он заедет, и с чистой совестью помчалась на кухню. Приготовила любимые сырники Никиты, заварила чай с апельсиновой цедрой и стала ждать.
Пять минут…
Десять…
В общей сумме Никита отсутствовал больше тридцати минут.
Этот факт до чертиков пугал.
— Ник, — закричала, стуча кулаками по двери. Слишком долго он отсутствовал, такого еще никогда не было.
— Еще пять минут, — приглушено донеслось до меня.
Я никогда не была дурой, быстро смекнула, что пора валить обратно. Уселась на свой стул, уставилась на дверь ванной и стала ждать. Про себя отсчитывать секунды, минуты.
— Ты странный. Все хорошо? — спросила я, когда Никита занял свое место.
— Да, нормально, — нахмурившись, произнес он.