А с учетом количества солдат и постов поблизости, свернуть куда-то в сторону, проделав этот трюк незаметно — задача невыполнимая. По пути, ещё раз запрашиваю у экипажей ситуацию. Стас докладывает, что его раненый боец пока жив, но чем быстрее доберёмся до клиники ГЛОМС, тем лучше. Подтверждаю, что понял его. Хотя где-то надолго останавливаться мы и так не планировали.
Ворота «крепости» на второй границе открываются сразу, как они замечают колонну. Тут лишних вопросов не задают. Только их старший офицер, подойдя к машине, информирует, что первая группа с их стороны прибудет через сутки.
На этот раз проходим «Центральный район» с максимальным шумом. Стрелки непрерывно ведут огонь, пулемёт
«Барсика» рявкает очередями, выплёвывая свинец в сторону окрестных домов. Пусть потенциальный противник считает, что к ним приближается сражающаяся с кем-то колонна.
"Приходится чуть задержаться, когда один из седанов завязает колёсами в трупах. Останавливаемся, накрывая огнём соседние дома, в окнах которых мелькают лица любопытных. Ситуацию с застрявшей машиной решает
«Уран», который упершись, сначала проталкивает её чуть вперёд, а потом, один за другим, выдёргивает из под днища трупы.
Добравшись до поста «республики» на Диагональной, ждём, пока нам откроют проезд. Хмурый «железнодорожник» осматривает изрешечённые пулями машины с изрядной порцией удивления в глазах. Похоже он не рассчитывал, что вся техника вернётся из рейда целой. Так или иначе, своего мнения не высказывает, да и затормозить нас для беседы не пытается.
Дальше движемся уже по знакомому и относительно безопасному маршруту. Единственная угроза здесь — атака местных, но на мой взгляд, она маловероятна.
Чуть подумав, уточняю, есть ли у них тут клиника ГЛОМС. Когда отвечает, что нет — отказываюсь от приглашения, объяснив это наличием раненого. Но сам отправляю ему встречное — прибыть в Жигулёвск, где мы и сможем побеседовать.